Книга Магия Слова, страница 65 – Владимир Батаев, Илай Шань

Раам ткнул меня кулаком в бок:

— Вот ты болван! Говорил же, планшетка работает от твоего восприятия действительности. Витать в облаках на лекции не получится! Прибор фиксирует лишь то, что ты запоминаешь, пропуская через себя. А еще может записать твои грязные мыслишки о сиськах Изольды. Радуйся, что она не заглянула в планшет.

Я закрыл глаза, чтобы не отвлекаться ни на что. Погрузился в себя. И тогда события, о которых рассказывала преподавательница, превратились в увлекательный исторический фильм. Все эти короли, маги, мутанты стали для меня живыми.

Очнулся я от запаха палёного. Прямо перед глазами проплыла огненная буква А, написанная прописью.

Я вжал голову в плечи. Вот Изольда мне устроит за колдовство на лекции. Хорошо, если не выгонит.

Но преподавательница лишь щелкнула пальцами, уничтожая левитирующую букву. Уселась на мой стол, закинув нога на ногу.

— Молодец, Аль! Хорошая работа. Теперь я уверена, что ты внимательно меня слушал. — А потом Изольда наклонилась ко мне, прижавшись грудью и прошептала: — После окончания, когда станешь полноценным магом, подумай о вступлении в клан твердого знака.

— Я пока не знаю…

Лекторша прижала пальцы к моим губам:

— Не отвечай. Молчи! Решишь позже. Занятие окончено. Вам всем пора в столовую на второй завтрак. Советую съесть побольше черного шоколада и холодного мяса, чтобы восполнить запасы энергии. Увидимся завтра! Вас же ждет практическое занятие с магом, который вошел в десятку лучших. Правда, это случилось тридцать лет назад, но все же…

Изольда фамильярно потрепала меня за щеку и, развернувшись на высоких каблуках, покинула аудиторию.

— Вот это истинная принцесса, — прошептал Раам.

— Не принцесса. Королевна!

— Ты о чем? Она и вправду принцесса, дочь главы клана.

Столы ломились от припасов. Чего только не предлагали оголодавшим студентам на второй завтрак — яичница с беконом, жареный тетерев, холодная оленина, грибы в сметане, кучи ватрушек и плюшек. Да это роскошное пиршество, а не утренний перекус.

Нам как будто исподтишка внушали: ешь, пей, гуляй, наслаждайся, пока жив. Пока не прихлопнули на задании от школы или сам не окочурился, когда влез туда, где не ждут. Студентам почти ничего не запрещали, разве что разгуливать ночью по зданию Школы.

Но меня как-то и не тянуло на подростковые приключения. Хотелось спокойной жизни — насмотрелся уже на боль и кровь.

Я сидел, поджав губы и рассматривая портреты на стенах. Знаменитые маги, властители синкретизма. Те, кто канули в Лету, оставшись жить лишь в картинах.

Кусок не лез в горло. Ко мне подбежали смеющиеся Таня и Ульрика, захлопали в ладоши, затормошили. И когда они успели так спеться? Раньше казалось, что они недолюбливают друг друга, ревнуют ко мне.

— Аль, почему ты такой кислый? — спросила троглодитша, обнимая за плечи. — Потому что пришлось сидеть рядом с ненавистным эльфом?

— Потому что вы пропадаете неизвестно где и вешаетесь на одногруппников!

— Дорогой друг, кажется, ты забыл, что мы пока еще не твой гарем, — усмехнулась Таня. — А значит, имеем право общаться, с кем хотим и когда хотим.

— Да брось ты, Аль, — Ульрика была куда добросердечнее, чем вредная Танюха. — Нам с этими людьми учиться и учиться еще, если, конечно, кто-то не погибнет.