Книга Магия Слова, страница 95 – Владимир Батаев, Илай Шань

Тщательно вымыв руки, я разбил с десяток яиц в огромную миску. Вспомнил, как легко Таня управилась с рождением цыпленка. Может, и мне попробовать еще раз?

Закрыл глаза, попытавшись перенестись мыслями в поле. Представил спелые колосья, пение петуха и запах свежего хлеба. Ощутил тепло в ладонях и легкое покалывание.

— Тук, тук, тук.

Получилось! Я смог! Я овладел земной магией! Из моего яйца вылупился цыпленок.

Я с благоговением уставился на яйцо, ожидая увидеть желтую головку. Но увидел вовсе не птенца. В моих руках сидело нечто, больше напоминавшее гремлина.

Чешуйчатая серая кожа, выпученные глаза и клюв. Какой урод!

Я с криком отбросил чудовище от себя, заскочил на стол и заорал, как ненормальный.

На мой крик сбежались все работники пекарни.

— Господин синкретист, что у вас случилось? — спросил Кир.

— Там сидит гремлин, он сейчас всех покусает!

— А не покусает, я его ослеплю! — задорно крикнула тестомеска.

Девушка набрала горсть муки, что-то шепнула и кинула в чудовище.

Тот издал странный звук, похожий на кваканье.

Тогда Лила схватила метлу и совок, сгребла уродца и выбросила в печь.

Я слез со стола, понурив голову. И это величайший в потенциале маг, победитель мутанта! Сначала сотворил уродца, а затем запрыгнул на стол и визжит, как девчонка, увидевшая таракана.

Кирилл похлопал меня по плечу:

— Не переживай, ничего страшного не произошло. Просто не стоит заниматься магией в расстроенных чувствах. Мать-земля, она ведь все чувствует. Вот от чего и расплодились мутанты в нашей стране — от неумения правильно совмещать слои реальности. И от Тьмы, которая живет в каждом человеке. Ты не зря пришел к нам — провал в земной магии виден невооруженным глазом. Если его не заполнить, пойдешь кривой дорожкой и плохо закончишь.

— Извини, что дразнила тебя, — шепнула Лила. — Но ты и правду мне понравился.

— И пошла бы ко мне в гарем?

— Пошла бы.

— До гаремов тебе еще далеко, — усмехнулся Тим. — Но потенциал виден сразу. Я хотел лишь немного сбить с тебя спесь.

— Лила, ты что-то шептала и смогла ослепить гремлина. Это магия? — поинтересовался я.

— Да мы все тут синкретисты, — пожал плечами Кир. — И в чем-то посильнее тебя будем.

— Но почему вы тогда здесь пирожки печете? Почему не поступили в Школу или же не вошли в ряды придворных магов?

— А мы любим горячий хлеб и ненавидим клановые заварушки, — ответил Кирилл.

Я так и не понял, шутит он или всерьез, но допытываться не стал.

Тим посадил в печь очередную порцию горячего хлеба и позвал нас на веранду пить чай с горячими пирожками. Каких только не было — с картошкой, с творогом, мясом, капустой и клубничным джемом.

Они таяли во рту. Я блаженствовал еще пару минут, пока не спросил у Лилы:

— А когда начнется мое обучение?

— А оно уже началось, — тестомеска беспечно махнула рукой. — Ты уже намного более открыт земной магии, чем когда появился на пороге пекарни.

Затем мы вместе месили тесто, добавляя в него разные травы. Лила терпеливо объясняла, какой вкус придает каждая из них.

— Да и для магических зелий они пригодятся. Базилик повышает храбрость, а тимьян бережет от дурного глаза. Я бы тебе посоветовала сшить мешочек с набором колдовских трав и положить под подушку.

Когда хлеба немного поднялись, Тим разрешил мне самому посадить их в печь.