Книга Статейки, страница 26 – Владимир Батаев

Некоторые скажут: «Это же фэнтези, какая ещё реалистичность?» Ну, если ваши герои эволюционировали из квазиразумных кремнийорганических кристаллов — то вопрос снимается (хотя это уже скорее НФ). Но если они люди или человекообразные существа, которым требуется есть, пить и справлять естественные надобности — уж будьте любезны иногда об этом вспоминать.

Не будем заостряться на «сортирном» вопросе. Никто, разумеется, не предлагает вам детально описывать выделительные процессы. И даже придирка относительно принцесс на деле не более чем шутка.

Условно можно разделить ошибочные авторские подходы к повествованию на две части — «девчачий» и «поверхностный». Рассмотрим их подробнее и проясним, почему я их так обозвал.

1) Девчачьи описания.

Представительницы прекрасной половины человечества — не спешите обижаться, презрительно морщить носик и кидать в злобного меня-шовиниста рваным тапком. Я не говорю, что так пишут все девочки/девушки/женщины, а ни один мужчина никогда не согрешил «девчачьими» описаниями. Вовсе нет. Тем не менее, наиболее часто встречается такая картина у авторов девочек-подростков или чуть старше.

Героиня просыпается (сам приём начинать произведения с пробуждения давно считается моветоном, но сейчас речь не об этом). И тут же читатели узнают об узоре её пижамки, пушистых тапочках с зайчиками, расцветке постельного белья, интерьере комнаты и ещё массе всего. Что ж, возможно, героиня на протяжении всего произведения будет пребывать в описанном наряде, и он сыграет важную роль, как и другие поведанные детали? Если так — то вы всё делаете правильно. А если нет — то зачем нам всё это знать? Ведь через полчасика героиня покинет свою уютную квартирку, навсегда оставив розовые тапки сиротливо ютиться под кроватью, с которой свисает угол простыни с подсолнухом. И никогда, никогда больше на протяжении пятисот страниц и следующих пяти томов ни героиня, ни автор, ни, тем более, читатель, обо всей этой дребедени не вспомнит!

Конечно, этой — на самом деле бесполезной — информацией автор пытается оживить героиню. Смотрите, она такая же, как все, как вы, ваши друзья и соседи! Она спит (Невероятно! А мы и не ожидали!), чистит зубы «Колгейтом», пьёт «Нескафе» без сахара, но с молоком и жрёт блинчики на завтрак, хотя сидит на диете — прямо как вы, дорогие читательницы!

А оно нам надо? Это важно? Вот если бы героиня помыла голову Нескафе и хлебнула Доместоса — это, безусловно, стоило описать. И мы сразу поймём — она ебану… эксцентричная, не такая, как все и, вероятно, вовсе не человек.

Обыденные детали могут играть на обычность героини — но меру-то знайте!

Стоп, стоп! Я ведь, кажется, начинал как раз с вопроса о необходимости наличия бытовых деталей. А теперь что же, передумал? Отнюдь. Оставайтесь с нами, и скоро всё поймёте.

2) Поверхностный взгляд.

Свойственен ленивым и торопливым авторам, которые спешат перейти к активному действию. Да, чаще мужчины, но лень и небрежность бывает свойственна всем, независимо от пола.

Герой проснулся — и поскакал!

Он не оделся, не умылся, не попил, не сходил в кусты, не оседлал коня. Сразу поскакал. Нет, мы, конечно, догадываемся, что всё вышесказанное он таки проделал, просто автор пренебрёг этими мелочами. Правильно сделал? Не совсем.