Книга Под сенью Иггдрасиля, страница 5 – Владимир Батаев

Любочка встала на колени и язычком облизала головку. Обхватив напрягшийся член губами, подалась вперёд, пока не упёрлась носом в живот мужчины. Её губы заскользили вдоль ствола, вызвав у рыжего одобрительное мычание. Положив руки девушке на голову, Локи начал двигать бёдрами, сначала медленно, позволяя ей привыкнуть, но постепенно ускоряя темп. Его член всё же был достаточно длинным и при полном погружении доставал Любочке до горла, но не так глубоко, чтобы она подавилась. Одной рукой девушка вцепилась рыжему в брюки, а другой ласкала себя между ног.

С трудом ей всё же удалось проглотить всю выплеснутую любовником сперму, в тот же момент доведя себя до пика наслаждения двумя пальцами.

— Умница, — похвалил Локи, погладив девушку по волосам.

Он помог ей подняться и по-отечески поцеловал в лоб.

Пока Люба поправляла одежду, он отыскал на одной из полок резную шкатулку. Открыв, продемонстрировал лежащие внутри фишки.

— Пойдём, красавица, поиграем, — усмехнулся рыжий, галантно подавая девушке руку.

Доиграв соло, гитарист спрыгнул со сцены и направился к двери, над которой светилось неоном изображение корабля, Нагльфара. Восемь «кольценосцев» потянулись за предводителем. Кто-то из поклонников «настоящего нордического металла» и группы «Ярнвид» в частности сунул в руку кумиру кружку пива. Называющий себя Хэлкаром ответил добродушной усмешкой, в его исполнении больше смахивающей на драконий оскал. Что и немудрено, учитывая истинную природу этого существа.

Полностью постичь человеческую суть хтоническому змею так и не удалось. Слишком чужды были смертные букашки для обитателя страны мрака, веками подтачивавшего корни Мирового Древа. Впрочем, для избранного им образа любые странности не вызывали особого подозрения. Ангмарский король-чародей и его соратники назгулы Хэлкару были вполне понятны, подобные существа были известны ему и прежде, под названием драугров. Да и вообще в истории Средиземья было подозрительно много сходства с известным ему по прежней жизни миром. При этом в образе всё же оставалось достаточно человеческого, чтобы случайно не забыться и не проявить свою настоящую суть.

Тот, кого некогда знали под именем Нидхёгг, пинком распахнул дверь. Вышибала шагнул было остановить незваного гостя, но увидев, кто это явился, отступил. Даже бывшему громовержцу, с кулачищами, подобными молотам и имеющим примерно столько же соображения, было ясно, что этот противник не из его лиги.

Вадик-Йормунганд, тоже из любопытства явившийся следом, шипяще засмеялся, наблюдая позорное отступление своего давнего противника.

— Придержи сестрёнку, пока я повеселюсь, — велел ему Хэлкар, кивнув в сторону всё ещё остававшейся на сцене Хельги.

Два древних великих змея давно легко нашли общий язык, так что, кивнув старшему товарищу, Вадик отправился отвлекать Хель, чтобы она раньше времени не утихомирила разбушевавшегося «назгула». Любочке не повредит понять, что всё всерьёз, не поверит же она на слово истории про переродившихся в человеческих телах скандинавских богов. Но уж кто-кто, а настроенный на дебош Нидхёгг — это серьёзно. Локи, конечно, разозлится беспорядкам в его казино, но переживёт.

— Что, девочка, нравится, когда тебя имеют? — подойдя к столу, без предисловий осведомился Нидхёгг.