Книга Отраженное мироздание. Тринадцатый воин, страница 159 – Василий Криптонов, Мила Бачурова, Владимир Батаев

— Как вы тут? – спросил Сол, когда они с Толей добежали до укрытия своих друзей.

— Гóда подстрелили, – отчитался Вотзехелл.

— Толян, займись!

Толя подполз к Годоворду. Рядом с ним тут же оказалась Вероника.

— Толя, с тобой все в порядке? – спросила она, схватив его за руку.

— Да, пока все хорошо.

Они быстро обнялись, и Толя занялся раненым.

— Что тут? Плечо и нога?

— Ага, – Годоворд слабо улыбнулся. – Везет мне отчаянно…

— Не страшно, пулю легко достать, только бы времени минут пять спокойного…

Тут же в столе образовался еще ряд дырок; к счастью, никого не задело.

— Терпи! – велел Толя. – Вера!

— Да? – откликнулась Вероника.

— Держи мой халат! Разорви на полосы и перевяжи. Плечо – слегка, ногу – туго, выше раны. Там, кажется сосуд задет.

— Хорошо, а ты?

— Я посмотрю, что там с доном.

Толя метнулся к столу и прильнул к одному из пулевых отверстий. Дон был виден отчетливо. Хоть стрельба и не смолкала ни на секунду, он оставался непоколебимым.

— Какого черта он там встал? – спросил Толя.

— Я почем знаю? – огрызнулся Сол, перезаряжая автомат. – Я не могу подстрелить эту гадину!

Толя улучил момент, высунулся из-за стола и выпустил очередь в дона. Никакого результата – пули словно растворились, не долетев до него. Зато Толя едва успел спрятаться за стол, как из того места, где он только что сидел, полетела каменная крошка. И словно от шока в мозгу у него открылся какой-то шлюз.

— Где Рели? – заорал он.

— Забудь о ней, – откликнулся Сол. – Она осталась там, у окна.

Толя выглянул на секунду и злобно сплюнул: у окна расположился стол людей дона.

— Не думаю, что она осталась жива, – заметил Соломон.

— Да не могла она погибнуть! – крикнул Толя. – Сколько у нас патронов?

— Мало.

— Давай по люстре!

— Зачем?

— Не знаю!

— Уболтал.

Они одновременно подняли автоматы и выстрелили по люстре. Раздался звон, полетело битое стекло. Стеклянной крошкой щедро посыпало приоконный стол и всех его защитников. Оттуда послышались громкие вопли, кто-то выскочил, прижимая ладони к окровавленным глазам. Его немедленно подстрелил Вингер.

Сама же люстра несколько раз задумчиво качнулась и вдруг упала – очевидно, одна из пуль зацепила-таки крепежный шнур. Огромный снаряд из стекла и металла, весом, наверное, килограмм в сто, летел прямо в дона, рассыпая кругом осколки стекла и электрические брызги. Толя затаил дыхание, в ожидании чуда… И чудо свершилось – дон небрежно махнул рукой, кажется, даже не задев люстру, и она, переменив направление, стремительно понеслась навстречу их столу.

— Ложись! – заорал Соломон.

Люстра с грохотом протаранила столешницу, расколов ее на две части, которые силой удара разнесло в разные стороны. Слева остались Вингер, Годоворд и Вероника, а справа – Сол, Толя и Вотзехелл.

— Ни руля себе, какие он штуки вытворяет! – удивленно сказал Вотзехелл.

Перестрелка ненадолго замерла. Отчасти из-за очередного удивительного события, а отчасти потому, что в зале опять появились новые персонажи. Первым вбежал Морлок, за ним – свора мертвецов, а последним прихромал Абрам. Люди Мистера, обнаружив у себя в тылу такие неприятности, приготовились продать свои жизни так дорого, как это только возможно, но Морлок предупредил стрельбу.

— Нам нужен только дон! – воскликнул он. – Остальные – будьте благоразумны!