Книга Ветер и Правда. Том 1, страница 12 – Брендон Сандерсон

— Надвигается опасность, – негромко сказал Гавилар, поражаясь собственной искренности. – На эти земли. На этот мир. Древняя опасность.

Таравангиан сощурился.

— Нам следует бояться не только Опустошения, – предупредил Гавилар. – Близится она. Буря бурь. Ночь Скорбей.

Старик – надо же! – побледнел.

Он поверил. Обычно Гавилар чувствовал себя глупо, пытаясь объяснить суть истинных опасностей, явленных ему Буреотцом, – суть состязания защитников за судьбу Рошара. Он беспокоился, что его сочтут сумасшедшим. Однако этот человек… не усомнился?

— Где вы слышали эти слова? – спросил Таравангиан.

— Не знаю, поверите ли вы, если скажу.

— А вы мне поверите? Десять лет назад моя мать умирала от опухолей. Она лежала в постели, немощная, и множество благовоний с трудом перебивали вонь подступающей смерти. В свои последние мгновения она посмотрела на меня… – старик заглянул Гавилару в глаза, – и прошептала: «Я стою перед ним, на вершине самого мира, и он изрекает правду. Близится Опустошение… Буря бурь. Ночь Скорбей». В следующий миг ее не стало.

— Мне известно о подобном, – признался Гавилар. – Пророческие слова умирающих…

— Где эти слова слышали вы? – с мольбой в голосе спросил Таравангиан. – Пожалуйста, скажите.

— Мне являются видения, – честно ответил Гавилар. – Их посылает Всемогущий, чтобы мы успели подготовиться. – Он взглянул на карту. – Да помогут мне Вестники стать тем, кем нужно, чтобы остановить то, что грядет…

Пусть Буреотец видит его искренность. Шквал побери… Гавилар внезапно ощутил ее. Ощутил, стоя рядом с этим корольком. Ни разу прежде Гавилару не приходило в голову, что задача может оказаться ему не по плечу.

«Пожалуй, – подумал он, – стоит подтолкнуть Далинара к возобновлению тренировок. Напомнить ему, что он боец».

У Гавилара возникло стойкое предчувствие, что довольно скоро ему снова понадобится Черный Шип.

«Кто-то подходит к двери снаружи, – предупредил Буреотец. – Слушательница. Эшонай. Есть в ней что-то особенное…»

Одна из паршенди?

Гавилар встрепенулся. Отпустил Таравангиана, Амарама и остальных – с радостью избавился от странного старика с пытливым взглядом. Таравангиану полагалось быть неприметным. Почему же он вывел Гавилара из равновесия?

Эшонай вошла, получив приглашение через Амарама. Разговор с паршуньей прошел гладко. Гавилар ловко манипулировал ею, а заодно и всем ее народом. Подготовил к отведенной им роли.

* * *

Утомившись на пиру после подписания договора, Гавилар удалился в покои. Он со вздохом опустился в глубокое кресло у двери балкона. В начале своего пути завоевателя Гавилар никогда бы не позволил себе такую роскошь, как мягкая мебель. Он ошибочно полагал, что любовь к мягким вещам размягчит его самого.

Распространенное заблуждение среди людей, желающих казаться сильными. В комфорте нет слабости. Страх перед ним наделяет простые вещи властью над владельцами.

Воздух рядом с королем замерцал.

— Насыщенный день, – сказал Гавилар.

«Да».

— И впереди таких будет много, – продолжил Гавилар. – Я скоро снаряжу еще одну экспедицию на Расколотые равнины. Мой новый договор дает право потребовать проводников, чтобы они провели нас к центру равнин. К Уритиру.

Буреотец не ответил. Трудно было сказать, можно ли приписывать спрену человеческие манеры. Однако сегодня… эта поза, взгляд в другую сторону, намек на который угадывался в искривлении воздуха… это молчание…