Книга Ветер и Правда. Том 1, страница 127 – Брендон Сандерсон

Перед входной дверью логова имелось крытое крыльцо, на котором угадывалась смутная тень. Стоило очередному новоприбывшему духокровнику приблизиться к двери, как из сумрака выступала невысокая фигура в плаще и внимательно его осматривала. Шаллан заметила краешек крашеной деревянной маски, а телосложение фигуры указывало на ее принадлежность к женскому полу. Это подтверждало наблюдения Дарсиры: на крыльце дежурила либо Иятиль, либо, что более вероятно, вторая женщина из того же мира.

Охранница проверила каждого из двоих новоприбывших, ощупав их лица на предмет несоответствия видимых черт реальным. Потом поднесла ближе банку черного песка.

Шаллан, Дарсира, Газ, Рэд и Жейн сбились в кучу, делая вид, что трудятся над особенно упрямым участком камня, тогда как Йеней вел наблюдение. Все спрены получили указания спрятаться на одежде людей с изнаночной стороны, чтобы не попасться никому на глаза.

— Итак, – сказала Шаллан, – это наша последняя возможность отступить.

— Тут внедриться будет не так просто, как к Сынам Чести, – добавил Газ. – Те были уже при смерти, когда мы их добили. А тут, возможно, самая опасная организация на планете. Мне неспокойно, кажется, что лучше залечь на дно, спрятаться от них. Переждать надвигающуюся бурю. Не уверен, что мы готовы.

— Что думают остальные? – спросила Шаллан.

— Я думаю, – ответил Рэд, – что к крупным операциям никто никогда не чувствует себя готовым. Шквал побери! По-вашему, половина тех мальчишек на стенах ощущает готовность сражаться в войне? Вопрос не в том, готовы ли мы, а в том, нужно ли это делать.

— Верно, надо признать, – недовольно вздохнул Газ. – Рэд, ты бы прекратил говорить умные речи. Ты так перевернешь все мое мнение о тебе с ног на голову.

Рэд улыбнулся, продолжая орудовать зубилом и соскребать крем. В молодости он побывал учеником ремесленника и потому имел опыт обращения с инструментами.

— Я считаю, наш план хорош, – сказала Дарсира. – Я за то, чтобы действовать.

Ее история была нетипична: ученая, обнаружившая у себя талант к светоплетению и ушедшая из ревнителей, чтобы примкнуть к Шаллан. Она единственная из всего Незримого двора имела обыкновение притягивать спренов логики не реже, чем спренов творчества.

— Меня беспокоит то, сколько там народу, – подала голос Жейн. – Шаллан, вас напрочь задавят числом. Нам точно нужно это делать?

— Всего через восемь с небольшим дней, – тихо проговорила Шаллан, – Далинар Холин сойдется в поединке с защитником Вражды, чтобы решить судьбу мира. Духокровники, насколько мы можем судить, являются самой опасной тайной политической силой на планете.

— Они так или иначе будут в этом замешаны, – сказал Рэд. – У них окажется какой-нибудь план, как саботировать состязание. Я в деле.

Его спрен загудел с подкладки куртки. Строй мало говорил и, насколько удалось понять Шаллан, не имел обыкновения гудеть, почуяв обман: как ни удивительно, ему нравилась аллитерация.

— Мрейз и Иятиль привыкли к обилию мрака и теней, – сказала Шаллан. – Нам нужно вывести их на свет, выставить напоказ всему миру. Пока за ними сохраняется монополия на информацию, они будут нас контролировать. И если мы так и продолжим только реагировать на их действия, не нападая первыми, они нас обойдут.

Она помедлила, припомнив слова самого Мрейза.