Онлайн книга «Слова сияния»
|
— Сухие сети? — Это ругательство, – пояснила девушка, покраснев. – Услышала от моряков. — Шаллан, ты хоть представляешь, что оно значит?! — Ну… что-то про рыбную ловлю? – предположила Шаллан. – Сети пересохли, как-то так? Рыбы нет, все плохо, вот они и сухие? Тин ухмыльнулась: — Дорогуша, я изо всех сил постараюсь тебя испортить. Но до той поры воздержись от использования матросских ругательств. Пожалуйста. — Ладно. Шаллан снова провела рукой над сферой и подменила ее. — Не звякнула! Ты это слышала? А, ну да, ты ведь не слышала. Не было ни единого звука! — Ладно. – Тин достала щепотку какой-то субстанции, похожей на мох. Она начала растирать ее между пальцами, и Шаллан показалось, что пошел дымок. – Ты и впрямь совершенствуешься. Я также считаю, что нам пора придумать, каким образом использовать твой талант к рисованию. У Шаллан уже сложилось некоторое представление о том, как именно он мог пригодиться. Бывшие дезертиры продолжали просить ее нарисовать свои портреты. — Ты работаешь над своими акцентами? – спросила Тин, потирая мох, и ее глаза потускнели. — Еще бы я не работала, добрая женщина, – ответила Шаллан с тайленским акцентом. — Хорошо. Нарядами займемся, когда у нас будет больше средств. Что касается меня, я повеселюсь от души, наблюдая за твоим лицом, когда ты выйдешь на люди с непокрытой рукой. Шаллан тотчас же прижала защищенную руку к груди: — Что?! — Я тебя предупреждала о сложных вещах, – напомнила Тин с коварной улыбкой. – К западу от Марата почти все женщины разгуливают с обеими обнаженными руками. Если ты собираешься отправиться туда и никак не выделяться, тебе придется научиться тому, что умеют они. — Это нескромно! – запротестовала Шаллан, покраснев до ушей. — Это просто рука. Клянусь бурей, вы, воринки, такие чопорные. Эта рука выглядит в точности как вторая твоя рука. — У многих женщин груди выглядят в точности как у мужчин, – огрызнулась Шаллан. – Это не значит, что им позволительно расхаживать голыми по пояс, как это делают мужчины! — Вообще-то, на Решийских островах и в Ири женщины обычно ходят полуголыми. Там жарко. Никто не возражает. Мне и самой это весьма нравится. Шаллан подняла к лицу обе руки – защищенную и свободную, – пряча покрасневшие щеки. — Ты меня нарочно провоцируешь. — Ага, – подтвердила Тин, хихикая. – Точно. И эта девочка обдурила целую банду дезертиров, захватила власть в нашем караване? — Для этого мне не пришлось раздеваться догола. — И хорошо, что не пришлось. Все еще думаешь, что ты опытная и мудрая? Ты краснеешь, стоит мне лишь упомянуть про обнажение твоей защищенной руки. Разве ты не понимаешь, насколько трудно для тебя будет провернуть хоть какую-то аферу, от которой будет толк? Шаллан тяжело вздохнула: — Ну да, наверное. — Показать свою руку – не самое трудное из того, что тебе придется сделать. Клянусь бризом и шквалом. Я… — Что? – спросила Шаллан. Тин покачала головой: — Поговорим об этом позже. Ты уже видишь эти военные лагеря? Шаллан встала на своем месте, прикрывая глаза от солнца, заходящего на западе. На севере она увидела дымку. Сотни костров – нет, тысячи – посылали в небо темноту. У нее перехватило дыхание. — Мы прибыли. — Объяви о привале на ночь, – велела Тин, по-прежнему сидя в расслабленной позе. |