Книга Слова сияния, страница 491 – Брендон Сандерсон

Сумасшедший не отреагировал ни на замечание, ни на Шаллан, которая шагнула вперед.

— Современная теория о помощи психическим больным предполагает полумрак в помещении, – прошептала веденка. – Яркий свет возбуждает их и может свести на нет эффективность лечения. – По крайней мере, так ей запомнилось. Она немного читала о таких вещах. В комнате и впрямь было темно. Окно всего в несколько пальцев шириной.

Что он шептал? Шаллан опасливо продолжила идти вперед.

— Господин? – окликнула она. Потом замешкалась, сообразив, что заставила старого и толстого ревнителя заговорить голосом молодой женщины. Не испугает ли это безумца? Он не поднял головы, так что она сняла иллюзию.

— Ты говоришь, он сошел с ума, – сказал Узор. – А куда сошел?

— Это просто такое слово. Оно означает, что у человека что-то сломалось в голове.

— А-а, – прогудел Узор. – Как у спрена, чьи узы распались.

— Не совсем, по-моему, – возразила Шаллан, приблизившись к больному. – Но похоже. – Она присела рядом с мужчиной, пытаясь понять, что он бормочет.

— Время возвращения Опустошения грядет, – шептал он. Девушка ожидала азирского акцента, принимая во внимание цвет кожи, но он говорил на безупречном алетийском. – Нужно приготовиться. Вы должны были многое забыть из-за прежних разрушений.

Она глянула на Узора, который затерялся среди теней у стены комнаты, потом – снова на незнакомца. Его темно-карие глаза поблескивали – две яркие точки на лице, скрытом во тьме. Он был таким сутулым, таким угрюмым. Мужчина продолжал бормотать о бронзе и стали, о подготовке и тренировках.

— Кто ты такой? – прошептала Шаллан.

— Таленелат’Элин. Тот, кого вы зовете Каменная Жила.

Девушка похолодела. А безумец продолжил повторять в точности те же самые слова, что и раньше. Она даже засомневалась, что его слова были ответом на вопрос, а не частью декламации. На другие вопросы он не ответил.

Шаллан отступила, скрестила руки. На ее плече висела сумка.

— Таленелат’, – пробормотал Узор. – Я знаю это имя.

— Таленелат’Элин – имя одного из Вестников, – уточнила Шаллан. – Это почти то же самое.

— А-а. – Узор помедлил. – Обман?

— Несомненно. Надо быть таким же безумцем, чтобы предполагать, что Далинар Холин держит в одной из дальних комнат храма одного из… Вестников Всемогущего. Многие сумасшедшие считают себя кем-то другим.

Конечно, сплетничали, что Далинар тоже не в своем уме. И он действительно пытался воссоздать Сияющих рыцарей. Для такого можно и подобрать психа, считающего себя одним из Вестников.

— Безумец, – позвала Шаллан, – откуда ты явился?

Тот продолжал нести чепуху.

— Ты знаешь, что нужно от тебя Далинару Холину?

И опять чепуха.

Шаллан вздохнула, но присела и в точности записала его слова, чтобы передать Мрейзу. Девушка зафиксировала все от начала до конца и дважды выслушала по новой, чтобы убедиться, что он ничего не прибавит. На этот раз больной не назвал свое «имя». Вот и вся разница.

Но не мог же он быть в самом деле одним из Вестников!

«Не будь дурой, – отругала она себя, пряча письменные принадлежности. – Вестники сияют как солнце, у них есть клинки чести, и говорят они голосами, которые подобны тысячам труб». Они могли словом рушить дома, подчинять бури, а еще – исцелять прикосновением.

Шаллан направилась к двери. К этому моменту ее отсутствие в комнате, где лечили Иятиль, должны были заметить. Ей следовало вернуться и выдать заготовленную ложь, будто она искала, чем бы промочить пересохшее горло. Но сначала надо снова надеть личину жреца. Она втянула немного буресвета и выдохнула, используя все еще свежий образ ревнителя, чтобы создать…