Книга Слова сияния, страница 588 – Брендон Сандерсон

Вот король приблизился к следующему солдату в очереди – человеку в плаще, который прижимал к груди руку – вроде бы сломанную. Таравангиан заглянул ему в глаза, спрятанные под капюшоном.

Это был Сзет-сын-сына-Валлано.

На мгновение король ощутил чистейшую панику.

— Нам надо побеседовать, – произнес шинец.

Таравангиан схватил убийцу за руку, потащил прочь от толпы веденских солдат. Другой рукой нащупал в кармане клятвенный камень, который постоянно носил с собой. Вытащил, чтобы убедиться, что его не подменили. Преисподняя! Увидев Сзета, король первым делом подумал, что его сумели обставить, украли камень и послали шинца, чтобы тот убил своего бывшего хозяина.

Сзет позволил себя увести. Что он сказал? «Что хочет поговорить; ты придурок, – одернул Таравангиан сам себя. – Если бы он пришел тебя убить, ты был бы уже покойником».

Заметил ли Сзета кто-нибудь? Что подумают люди, если увидят, как Таравангиан общается с лысым шинцем? Хватило бы и меньшего, чтобы пошли слухи. Если кто-нибудь получит хоть намек на то, что король Харбранта связан с печально известным Убийцей в Белом…

Мралл тотчас же заметил, что что-то пошло не так. Он рявкнул на стражников, приказывая им отделить Таравангиана от веденских солдат. Адротагия, которая сидела неподалеку со скрещенными на груди руками, наблюдая и постукивая ногой, вскочила, намереваясь подойти. Заглянув под капюшон, она ахнула и побелела.

— Как ты посмел сюда заявиться?! – воскликнул Таравангиан Сзету вполголоса, сохраняя добродушный вид и выражение лица. Сегодня он обладал всего лишь средним интеллектом, но оставался королем, который с юных лет был приучен к жизни в окружении придворных. Он умел владеть собой.

— Появилась проблема, – донесся из-под капюшона лишенный эмоций голос Сзета. Разговаривать с этим существом было все равно что болтать с кем-то из мертвецов.

— Почему ты не убил Далинара Холина? – спросила Адротагия тихо, но требовательно. – Мы знаем, что ты сбежал. Возвращайся и сделай дело!

Сзет посмотрел на нее, но не ответил. Женщина не владела его клятвенным камнем. Однако он точно ее заметил и одарил взглядом своих невыразительных глаз.

Преисподняя! Их план состоял в том, чтобы Сзет не встречался с Адротагией и не знал о ней, на случай если вдруг он обратится против Таравангиана и убьет его. Диаграмма допускала такую возможность.

— У Холина есть связыватель потоков, – бросил Сзет.

Итак, шинец узнал про Ясну. Неужели она подстроила свою смерть, как и опасался Таравангиан? Преисподняя!..

Поле битвы будто погрузилось в тишину. Для короля стоны раненых исчезли. Остались только он и Сзет. Эти глаза. Этот голос. Этот опасный тон. Что…

«Он говорил с чувством, – понял Таравангиан. – Эту последнюю фразу он произнес с пылом». Она прозвучала как мольба. Словно горло Сзета кто-то стиснул.

Этот человек болен. Сзет-сын-сына-Валлано был самым опасным оружием во всем Рошаре, и он сломлен.

Буря свидетельница, ну почему это не случилось в день, когда Таравангиан был бы по-настоящему умен?

— С чего ты взял? – поинтересовался король, чтобы протянуть время и дать своему неповоротливому разуму возможность продумать последствия. Он держал перед собой клятвенный камень Сзета, как суеверная баба вцепляется в охранный глиф, словно тот способен отогнать неприятности.