Книга Слова сияния, страница 615 – Брендон Сандерсон

Прошел день, после того как они обнаружили на равнинах паршенди – мертвого и того, кого мостовики именовали Шеном, а сам он назвался Рлайном. Далинар когда-то позволил его вооружить.

Шаллан заявляла, что все паршуны – «зародыши» Приносящих пустоту. У него были все причины верить ей на слово, учитывая то, что она показала. Но как ему следовало поступить? Сияющие вернулись, у паршенди появились красные глаза. Далинар чувствовал себя так, словно пытался уберечь дамбу от прорыва, не зная толком, в каких местах в ней трещины.

Полог шатра поднялся, и вошла Навани в сопровождении Адолина. Женщина повесила дождевик на крючок возле полога, а принц, схватив полотенце, начал вытирать лицо и волосы.

Его старший сын помолвлен с одной из Сияющих рыцарей. «Она говорит, что еще не является таковой», – напомнил себе Далинар. В этом был смысл. Можно быть умелым копейщиком, но не солдатом. Одно означало навык, другое – профессию.

— Паршенди привели? – спросил Далинар.

— Да, – ответила Навани, усаживаясь в кресло. Адолин не стал садиться, но разыскал кувшин с фильтрованной дождевой водой и налил себе. Он постукивал пальцем по оловянной кружке, пока пил.

С тех пор как обнаружили красноглазого паршенди, они не могли найти себе места. После того как ночью никто на них не напал, Далинар велел трем армиям отправиться в новый дневной переход.

Они медленно приближались к средней части равнин, если верить предположениям Шаллан. Разведанные области остались далеко позади. Теперь им приходилось полагаться на составленные девушкой карты.

Полог снова поднялся, и вошел Телеб с пленником. Далинар поручил Рлайна великому лорду и своему личному телохранителю, поскольку его насторожило, как мостовики защищают паршенди. Но он все-таки пригласил лейтенантов мостовиков – Шрама и повара-рогоеда, которого они звали Камнем, – присутствовать на допросе. Эти двое вошли следом за Телебом и его людьми. Генерал Хал и Ренарин были в другом шатре вместе с Аладаром и Ройоном – обсуждали тактику на случай приближения к поселению паршенди.

Навани встрепенулась, подалась вперед и устремила на пленника взгляд прищуренных глаз. Шаллан тоже желала присутствовать, но Далинар запретил, пообещав, что для нее все запишут. К счастью, Буреотец послал девушке немного здравого смысла, и она не настаивала. Правителю Дома Холин казалось опасным, если слишком многие из них будут близко к этому шпиону.

Он смутно припомнил стражника-паршуна, который время от времени присоединялся к мостовикам из Четвертого моста. Паршуны были почти невидимками, но, когда этот обзавелся копьем, его тотчас же заметили. Однако других отличительных черт у него не было – то же крепкое паршунское тело, мраморная кожа, тусклые глаза.

Существо перед ним выглядело совсем иначе. Полноценный воин-паршенди, с оранжево-красным панцирным шлемом, броней на груди, бедрах и наружной стороне предплечий. Почти такой же высокий, как алети, и более мускулистый.

Хотя он был без оружия, стражники все-таки вели себя так, словно на этом плато он опаснее всех, – и, наверное, так оно и было. Приблизившись, он отдал Далинару честь, прижав руку к груди. Как и прочие мостовики. На его лбу виднелась их татуировка, уходящая под панцирный шлем.

— Сядь, – приказал Далинар, кивнув на табурет посреди комнаты.