Книга Слова сияния, страница 658 – Брендон Сандерсон

— Отец! – крикнул Адолин, и в глазах у него прояснилось.

Далинар поднялся. Его старший сын рывком перевалился на четвереньки и попытался встать, но убийца сломал один из поножей, и двигаться оказалось почти невозможно. Юноша шлепнулся обратно в лужу.

— Адолин, тебя хорошо обучили, – продолжил Далинар, не сводя глаз с убийцы. – Ты лучше меня. Я тиран, которому пришлось измениться, чтобы стать кем-то другим. Но ты, ты был хорошим человеком с самого начала. Возглавь их, сын. Объедини их.

— Отец!

Далинар пошел прочь от Адолина. Вокруг письмоводительницы и адъютанты, и капитаны, и рядовые орали и суетились, пытаясь отыскать порядок в хаосе бури. Они последовали приказу Далинара о выводе войск, и большинство просто не заметило человека в белом.

Шинец замер в десяти шагах от Далинара. Ройон с бледным лицом и дрожащими губами попятился от них и закричал:

— Убийца! Убийца!

Ливень чуть ослабел. Это не очень-то обнадежило Далинара; красные молнии на горизонте никуда не делись. Неужели это… буревая стена росла на пути новой бури? Его потуги заткнуть паршенди оказались безуспешными.

Шинец не спешил атаковать. Он стоял напротив Черного Шипа – недвижный, с каменным лицом, по которому текла вода. Его спокойствие было неестественным.

Великий князь Холин был намного выше и шире в плечах. Невысокий мужчина в белом, с бледной кожей, по сравнению с ним казался юношей, почти подростком. Позади них вопли Ройона затерялись в общей суматохе. Однако мостовики все же услышали и окружили Далинара с копьями в руках.

— Парни, вы ничего не можете сделать, – отмахнулся от них Далинар. – Позвольте мне самому с ним сразиться.

«Десять ударов сердца».

— Почему? – спросил Черный Шип шинца, который по-прежнему стоял под дождем. – Почему ты убил моего брата? Они объяснили смысл своего приказа?

— Я Сзет-сын-сына-Валлано, – резко бросил его противник. – Неправедник из Шиновара. Я выполняю приказы хозяев и не прошу объяснений.

Великий князь изменил свое суждение. Этот человек не был спокоен. Он только казался таким, но когда говорил, то почти не разжимал челюсти, а глаза его были распахнуты слишком широко.

«Он безумен, – осознал Далинар. – Вот же буря!»

— Ты не обязан это делать, – произнес он вслух. – Если дело в деньгах…

— Что мне причитается, – заорал убийца, и от его лица полетели капли дождевой воды, из губ вырвался буресвет, – в конце концов станет моим! Все без остатка. Мне этого с головой хватит, камнеходец!

Сзет отвел руку в сторону, в ней появился осколочный клинок. Потом резко и пренебрежительно – будто попросту срезая кусочек хряща с порции мяса – он ринулся вперед и замахнулся на Далинара.

Черный Шип отбил его клинок собственным, упавшим в его поднятую руку.

Убийца покосился на оружие Далинара и улыбнулся тонкими губами, мельком показав зубы. Эта напряженная улыбка соответствовала одержимому взгляду и была одной из самых злобных, какие Далинару только доводилось видеть.

— Благодарю, – бросил убийца, – что длишь мои мучения, не умирая легко. – Он отпрянул и превратился в полыхающий белый факел.

А потом ринулся на Далинара с нечеловеческой быстротой.

Адолин выругался, стряхивая оцепенение. Вот буря, до чего же болит голова. Принц здорово ударился о камни, когда убийца швырнул его на землю.