Книга Ритм войны. Том 2, страница 122 – Брендон Сандерсон

И еще зарабатывал свои шрамы.

— Как идет сражение?

— Толком не понятно, – ответил Шут. – Но генералы были правы: враг твердо решил остаться здесь. Вероятно, певцы считают, что могут победить, и поэтому позволяют нам вести эту ожесточенную битву, вместо того чтобы втягивать в повсеместные яростные стычки.

— Так почему же ты насмехаешься?

— Это не насмешка, – сказал он. – Просто моя природная харизма дает о себе знать.

Шут кивнул в сторону, где далекий холм – небольшой, но с крутыми склонами – полыхнул светом. Гром расколол воздух, несмотря на ясное небо. Люди пытались прорваться на позиции и гибли десятками.

— Я думаю, что мы подходим к концу традиционных боевых порядков, – сказал Шут.

— Они хорошо послужили нам сегодня.

— И возможно, послужат еще какое-то время, – согласился Шут. – Но не навсегда. Когда-то военная тактика зависела от упорства, с помощью которого можно было разбить врага. От достаточного количества жизней. Но что делать, когда ни одна атака – ни одно количество храбрых подопечных – не поможет занять нужную позицию?

— Не знаю, – призналась королева. – Однако пехота была стабильным тактическим инструментом на протяжении тысячелетий, Шут. Она адаптировалась к каждому технологическому рывку. Не думаю, чтобы она устарела в ближайшее время.

— Посмотрим. Ты думаешь, что твои силы несправедливы, потому что убиваешь десятками, а противник не может сопротивляться? Что случится, когда один субъект может убить десятки тысяч в мгновение ока – при условии, что враг любезно соберется в аккуратную толпу, ощетинившуюся копьями? Все быстро изменится, когда подобные силы станут обычными.

— Вряд ли они обычны.

— Ну, они такими не были, – сказал он. – До сих пор.

Она сделала глоток и наконец решила приказать телохранителям отдохнуть. Их капитан пришлет новых людей.

Шут предложил помассировать ее руку с мечом, но Ясна покачала головой. Вместо этого она съела еще один фрукт, затем сухой паек, который он дал ей для разнообразия. Она также взяла несколько мешочков со сферами. Но как только прибыли ее новые телохранители, она отправилась на поиски полевого командира, который знал бы, какую позицию ей лучше всего занять.

Семь часов спустя Ясна топала по тихому полю боя в поисках Шута. Он навещал ее несколько раз во время сражения, но с их последней встречи прошло уже много времени.

Она шла через руины битвы, чувствуя странное одиночество. Когда темнота окутала землю, она почти смогла притвориться, что разбросанные бесформенные куски были камнепочками, а не трупами. Запахи, к сожалению, не исчезли вместе со светом. И они оставались сигналом, открыто свидетельствующим, как любое знамя, о том, что здесь произошло.

Кровь. Вонь горящих тел.

В конце концов, победа и поражение пахли одинаково.

Но звучали они по-разному. Ветер доносил возгласы. Человеческие голоса, с резкими нотами. Эти возгласы звучали не радостно, а скорее с облегчением.

Она направилась к особому световому маяку – палатке с набором разрисованных флагов коалиции, развевающихся на одной высоте, по одному на каждое королевство. Внутри ее встретят как героя. Однако, когда Ясна приблизилась, ей не захотелось входить. Она устроилась на камне снаружи, на виду у стражников, которые были достаточно мудры, чтобы не бежать за кем-нибудь. Некоторое время она сидела и смотрела на поле боя, надеясь, что Шут в конце концов найдет ее.