Онлайн книга «Ритм войны. Том 2»
|
Венли хотелось винить только ее, но проблемы со слушателями были куда серьезнее, чем с Эшонай. Казалось, никто больше не видел того, что видела сама Венли. Их должны были бы напугать паршуны – порабощенные певцы – во дворце. Вместо этого соплеменники Венли испытывали… любопытство. Никто не зрел угрозу, которую ощущала Венли. Она не понимала и не верила некоторым словам Улима. Но, придя сюда, Венли и сама осознала, что людям нельзя доверять. Если она ничего не предпримет, то ее народ – ее мать – окажутся рабами человеков. Улим превратился в потрескивающую молнию и пронесся по ножке стола и по полу. Она сделала шаг вслед за ним, настраиваясь на ритм ужасов, – но он исчез, скрылся за дверью. К тому времени как она выглянула в коридор, его уже и след простыл. Венли закрыла дверь и обнаружила, что тяжело дышит. Она была одна во вражеской крепости, пробравшись в запретные коридоры. Что же ей делать? Как поступить? Стоило подождать. Улим вернется. Но его все не было. И каждое мгновение, пока она стояла там, настроенная на ритм ужасов, мучило сильнее, чем предыдущее. Придется действовать самостоятельно. Может, ей удастся проскользнуть обратно тем же путем? Она разорвала записку и выбросила ее в шахту с нечистотами. Настроилась на ритм решительности и выскользнула из комнаты. — Эй, ты! Она съежилась, настроившись на ритм скорби. Один коридор. Она не смогла пересечь даже один коридор! Подошел солдат-человек в сверкающем нагруднике, с длинным зловещим оружием в руке – древко копья с насаженным лезвием топора вместо наконечника. — Почему ты здесь? – спросил он ее на языке алети. Она прикинулась дурочкой и заговорила на своем языке. Указала на ступеньки. Может быть, если он решит, что она не умеет говорить на алетийском, то просто отпустит? Вместо этого он грубо взял ее за руку и повел по коридору. Каждый раз, когда она пыталась вырваться, он дергал сильнее, ведя ее вниз по ступеням и через лабиринт дворца. В конце концов он притащил ее в комнату, где несколько женщин писали даль-перьями – Венли все еще жалела, что ее народ не знает, как делать такие штуки. Грубоватый пожилой солдат с большой бородой принимал доклады. — Нашел эту на верхнем этаже, – сказал охранник, толкая Венли в кресло. – Она что-то вынюхивала. — Она говорит на алетийском? — Нет, сэр. Отдав честь, солдат вернулся на свой пост. Венли сидела тихо, стараясь не настраиваться на чрезмерно страшные ритмы. Все не так уж плохо. Она пожалуется, что заблудилась. И поднялась на несколько лестничных пролетов… И прокралась мимо охранников… И все это после того, как им несколько раз велели не лезть куда не следует… «Когда я снова найду Улима, – подумала она, настроившись на ритм предательства, – я его…» Что? Что она могла сделать со спреном? Что она без него и его обещаний? Венли вдруг почувствовала себя очень, очень маленькой. До чего ненавистное ощущение. — Ты похожа на одну из их ученых, – сказал старик, скрестив руки на груди. – Действительно не говоришь на языке алети? Или прикидывалась дурочкой? — Я… прикидывалась дурочкой. Она тут же пожалела, что заговорила. Почему она выдала себя? Мужчина хмыкнул. Кажется, так они настраивались на ритм забавы. — И что же ты делала? — Искала уборную. Прямой немигающий взгляд. Человеческий ритм скепсиса. |