Книга Ритм войны. Том 1, страница 202 – Брендон Сандерсон

Адолин проигнорировал это замечание и выглянул в коридор, в сторону приемной.

— А ты популярный парень, мостовичок.

— Уверен, что половина из них здесь, чтобы взглянуть на меня, – со вздохом признался Каладин и надел белый хирургический фартук. – Боюсь, моя дурная слава превращает эту клинику в шквальный цирк.

Адолин усмехнулся:

— Будь осторожен. Теперь, когда я освободил должность самого завидного жениха Алеткара, она перешла к тебе. Осколочник, Сияющий, землевладелец – и одинокий? Не удивлюсь, если узнаю, что у половины молодых дам в королевстве внезапно начались головные боли…

Он замолчал, заметив, что Каладин нахмурился.

— Уже начались, да? – Адолин наставил на Каладина палец.

— Я… задавался вопросом, почему множеству светлоглазых женщин вдруг понадобились лекарства. Думал, что, возможно, их личных лекарей завербовали на войну…

Он взглянул на Адолина и покраснел.

— Иногда ты бываешь восхитительно наивен, Кэл. Тебе нужно превратить это в свое преимущество. И пустить в ход.

— Это нарушит этику отношений между лекарем и пациентом, – возразил Каладин, закрывая дверь, чтобы Адолин не смог пересчитать подозрительно хорошо одетых молодых женщин в приемной. – Ты пришел, чтобы мучить меня, или у твоего визита есть другая цель?

— Я просто хотел проверить, как ты. Посмотреть, как идут дела на пенсии.

Каладин пожал плечами. Он подошел к полке, озаренной светом сферных ламп, ярким и безупречно белым, и начал раскладывать лекарства и бинты.

Рядом с головой Адолина появилась Сил – возникла из светящегося тумана, словно осколочный клинок.

— Всё у него хорошо, – проговорила она, подавшись ближе. – В кои-то веки на самом деле расслабился.

— Серьезных случаев не так уж много, – объяснил Каладин, стоя к ним спиной. – Такой поток пациентов изнуряет, но работа идет не так напряженно, как я опасался.

— Метод действует, – продолжила Сил, приземляясь на плечо Адолина. – Его родители всегда рядом, так что он почти никогда не остается в одиночестве. Ему все еще снятся кошмары, но я думаю, что спит он теперь дольше.

Адолин наблюдал, как Каладин складывает бинты, затем заметил, как тот бросил взгляд на разложенные рядком хирургические ножи. Они не должны быть так выставлены напоказ, верно?

До того момента молодой великий князь стоял, прислонившись к дверному косяку, но теперь он резко выпрямился, царапнув подошвами сапог по камню. Каладин тут же потянулся за ножами, потом оглянулся и, видя, что все в порядке, расслабился.

Адолин подошел и положил руку на плечо друга.

— Эй, – сказал он. – Так со всеми бывает. Включая меня, Кэл.

Он порылся в кармане, вытащил металлический диск диаметром около дюйма и протянул его Каладину:

— Я заскочил, чтобы передать тебе эту штуку.

— Что это? – спросил Каладин, беря диск.

На одной стороне было выгравировано изображение божественной фигуры в мантии, а на другой – та же фигура в боевом облачении. Обе они были окружены странными иноземными символами. Ранее диск был покрыт чем-то вроде цветной эмали, но она почти стерлась.

— Зайхель дал мне ее, когда я закончил обучение, – объяснил Адолин. – Говорит, это с его родины – они используют такие штуковины вместо денег. Странно, да?

— Почему не сферы?

— Может быть, у них недостаточно самосветов? Он откуда-то с запада, хотя совсем уж чужаком не выглядит, так что, наверное, родом из Бавии.