Книга Ритм войны. Том 1, страница 261 – Брендон Сандерсон

Почему это ее встревожило? Адолин задумался над этим, пока ждал Шаллан, и попытался проследить за ходом размышлений Ясны. А что, если кто-то знал про такую особенность самосветов, в то время как все считали их одинаковыми? Человек, которому было известно об особой ценности камней, способных удерживать буресвет во время долгих путешествий по Шейдсмару, мог потратить годы на их сбор.

Он нахмурился, осмысливая эту идею. Потом взглянул на Годеке, который держал в руке один из своих потускневших броумов.

— Когда пойдем в город, – сказал ему Адолин, – возьми бо́льшую часть оставшегося буресвета и сделай, как мы договорились. Обменяй его на припасы для следующего этапа нашего путешествия, а остаток потрать на погрузку баржи.

Кузену Уа’пама предстояло дожидаться в городе и охранять их припасы. Группа Адолина собиралась взять с собой лишь то количество, которое требовалось, чтобы добраться до Стойкой Прямоты и обратно.

Конечно, при условии, что городская разведка Шаллан пройдет хорошо. По мере ожидания тревога Адолина росла. Казалось, что-то вот-вот рухнет ему на голову. Неужели морское путешествие было чересчур легким?

Чтобы скоротать время, он поинтересовался настроением солдат и письмоводительницы. С ними все было в порядке, и Адолин перешел к Майе. Она сидела в закутке под навесом, и ему пришлось достать самосвет – сапфир размером с ноготь большого пальца, – чтобы разглядеть ее там.

Майя уставилась на Адолина. Отступничество лишило ее глаз, но она все-таки не ослепла. Она утратила зрение, но не ослепла, ее убили, но она не умерла. Спрены были странными существами.

— Эй, – сказал он, присаживаясь. – Скоро мы сможем сойти на берег.

Она, как обычно, не ответила – хотя, когда один из спренов пиков прошел по палубе за навесом, Майя резко повернула голову и посмотрела в ту сторону.

— Тоже волнуешься, да? Нам обоим надо успокоиться. Ну-ка, попробуем.

Он подошел к тому месту, где хранились его вещи, достал длинный меч и принял стойку. Брезентовый потолок был на целый фут выше его головы, и почти все собрались под другой частью навеса, возле Годеке и его сфер. Адолину хватало места для простейших ката.

Каждый день Майя присоединялась к нему во время утренних упражнений на растяжку, когда он делал ката сосредоточения, следуя давним урокам Зайхеля. Сможет ли она повторить другое упражнение, если он его ей покажет? Длинный меч был плохой заменой осколочному клинку, но ничего лучше у Адолина не нашлось.

Он положил сапфир на крышку сундука, в котором хранился меч, а потом начал медленно выполнять ката для отработки выпадов. Никакой показухи, дурацких поворотов или вращений меча. Обычное упражнение, которое он сотни раз повторял с осколочным клинком на тренировочных площадках. Эта конкретная часть имитировала бой в коридоре, где нельзя слишком сильно замахиваться, чтобы не зацепить каменные стены. Идеальный вариант для тесного пространства под навесом.

Майя наблюдала за ним, склонив голову набок.

— Ты это знаешь, – сказал ей Адолин. – Вспомнила? Сражение в коридоре. Отрабатываем выпады и контролируемые замахи.

Он начал заново, медленнее. Одно движение перетекает в другое. Шаг, крепкая хватка двумя руками, выпад, а потом – на исходную, с поворотом в другую сторону. Туда-сюда; ритм, песня без музыки. Бой без противника.