Книга Ритм войны. Том 1, страница 307 – Брендон Сандерсон

Пока что он изображал силу. Он велел Нотуму оставаться в стороне, хотя был уверен, что трое приближающихся спренов чести заметили его. Они ехали на тех же грациозных не-лошадях, что и Нотум раньше. Его скакун убежал в панике, когда напали тукари, и люди Адолина не смогли его отыскать.

Новоприбывшие носили строгие мундиры незнакомого стиля – плащи с высокими воротниками, широкие и длинные, почти до колен. На головах у них были короны, на поясе – красивые мечи, узкие и длинные. Только мечи не были сотворены из той же материи, что и сами спрены чести, в отличие от плащей, корон, рубашек и прочего.

У женщины впереди был самый высокий воротник в троице. Ее волосы были собраны в тугой пучок на макушке, из которого сзади выбивался единственный хвостик. Прическа и мундир отражали незнакомую Адолину моду.

Женщина остановила свою не-лошадь шагах в пяти от него.

— Человек, наши разведчики тебя узнали. Ты действительно Адолин Холин, как мы и предположили?

— У вас хорошие разведчики. – он положил ладонь на рукоять меча. – Я прибыл по приказу узокователя, моего отца, чтобы посетить ваши земли и передать послание от его имени. Со мной Сияющие из четырех разных орденов, все они действуют сообща против Бури бурь. Это доказывает, что люди и спрены вновь нуждаются в древних узах.

— Стойкая Прямота не принимает посетителей или эмиссаров, независимо от их родословной, – сказала женщина резким тоном, каждое слово звучало как приказ. – Уходите. Нас не интересуют узы с убийцами и предателями.

Адолин протянул ей подготовленные письма. Он ждал, обливаясь потом, надеясь. Один из спренов чести двинул коня вперед и взял послания Далинара и Ясны.

Адолин почувствовал облегчение, когда спрен чести вернулся к двум другим.

— Эти письма объясняют наше положение, – начал он. – Мой отец надеется, что мы сможем выковать новый…

Его прервали: спрен демонстративно разорвал письма пополам.

— Мы не примем договора с вами, – сказала женщина.

— Это не договор! – сказал Адолин, делая шаг вперед, не обращая внимания на боль в боку. – Это всего лишь письма! По крайней мере, прочтите их!

— Прочитав это, мы бы признали существование доводов, которые способны нас переубедить, – сказала женщина, в то время как другой спрен чести продолжал рвать письма. – Ты уйдешь из этих земель и заберешь с собой предателя Нотума. Сообщи ему, что теперь мы знаем: его соучастие глубже, чем предполагалось. Он изгнан окончательно.

Адолин стиснул зубы:

— На него напали! Чуть не убили, прежде чем мы успели прийти на помощь! Мир меняется. Забаррикадировавшись в своей крепости, вы не остановите изменения, но можете остаться без единого союзника, когда наконец поймете, что вам нужно что-то делать!

Спрен чести обнажила меч и направила на него:

— Это наш мир. Наша суверенная земля. Так что вы уйдете, как было приказано. Люди никогда не уважали нас, не признавали, что спрены могут чем-то владеть. Мы для тебя – собственность.

— Я не…

— Уходите! – перебила она. – Мы отвергаем предложение! Мы отвергаем узы!

Адолин тяжело вздохнул: все его доводы умирали, как сморщенные растения, изголодавшиеся по дождевой воде. Оставалась только одна опасная возможность. План, который он едва осмеливался обдумать, не говоря уже о том, чтобы предложить остальным.