Книга Первый среди равных. Через смерть, страница 42 – Павел Чук

— Отпустите вех, кого задержали. Я — Валео Мирони, лейб-лейтенант гвардии его Императорского Величества Страниса Первого, – делая шаг вперёд, произнёс на сенарском наречии.

Пятый день меня держат взаперти. От сопровождающихся избиением допросов болит всё тело. Дышу через раз — рёбра сломаны во множестве мест. Ногти на пальцах ног вырваны с мясом. Только одно радует и огорчает одновременно: не бьют по голове, а это значит, мне предстоит встреча с кем-то важным и солидным, что предстать с перекошенным от побоев лицом не позволяют местные обычаи.

Но ночь на то и ночь, чтобы отдыхать. Так и меня весь день мурыжат, почём свет стоял, выпытывают тайны, о которых я и не знаю, а ночью оставляют одного в небольшой, плохо освещённой комнате больше похожей на каменный мешок с деревянными нарами, отхожим местом и крохотным под самым потолком окошком. Правда, надо отдать должное, каждый раз, когда меня затаскивают обратно, на полу стоит кувшин полный чистой воды, пара лепёшек и миска с приятно пахнущим варевом. Первые дни не притрагивался к еде — выворачивало обратно. Только пил воду, но когда силы стали покидать, превозмогая боль и замутнённое сознание, используя лепёшки вместо ложки, съедал десяток глотков густой похлёбки, и только потом засыпал.

Во сне разбушевавшимся воображением рисовал встречу с Его Величеством Великой Сенарской Империи Тонгиссом Вторым и, то с радостью всаживал ему прямо в глаза свои скрюченные пальцы, то хваткой бульдога впивался в глотку, то душил его своими исхудавшими пальцами…

Лязг дверного засова.

Осторожно, чтобы не растревожить свежие раны, поворачиваюсь к двери. Посетителей я не жду. Никто ночами не тревожил, а по ощущениям, так как боль от свежих ран ещё не утихла, точно понимаю, что до рассвета ещё далеко.

Тусклый свет масленой лампы освещает пространство. Внутрь входят двое. Один держит лампу, а у второго руки заняты стульями. Он их аккуратно расставляет и удаляется.

Силюсь понять, кто осчастливил меня своим появлением. Неужели сбудется один из моих снов?! И сам Император соизволил посетить… но остатки здравого смысла берут верх и в оставшемся сидеть напротив меня узнаю лейб-лейтенанта Ехонса. После нашей встречи, после того, как я сделал шаг вперёд и назвался офицером Канторийской Империи, мы больше не виделись.

— А ты возмужал, лейтенант, – заговариваю первым.

— Лейб-капитан, – поправляет меня Ехонс.

— О, как! – не сдерживаю удивления, хотя и делать резкие движения мне доставляет нестерпимую боль. Дар, полученный от Мегиса, позволяет держаться на допросах, завышая порог боли, и скорость регенерация организма в десятки раз выше, чем у обычного человека, но у каждого есть свой порог, перешагнув который возврата не будет. И это скорее психологическая черта. Я чувствовал, что хожу по тонкой нити, где один шаг в сторону и сознание окончательно потеряется в небытие.

— После твоей поимки, лейтенант, мне присвоили следующий чин.

— Так быстро?

— Ты много не знаешь, офицер.

— Это верно, – соглашаюсь, закашливаясь, – кто ты на самом деле Ехонс Варати?

— Правильный вопрос, но на него отвечать я не буду. Только скажу одно, если бы меня взяли в плен, то война б закончилась. Не скажу, что сразу, но с большой долей вероятности так бы и произошло.