Книга Отставник 4, страница 105 – Павел Чук

— Не забыть. Едва уговорили… вежливо. И что они так взбеленились? Знает кто?

— Знает… Во время операции без вести пропал их главный начальник малого Совета, принц крови и всё такое, и так далее.

— Тело не нашли?

— Но это ещё не всё, — сделал генерал вид, что не услышал вопроса, — вместе с ним пропал и сержант Бес, которого они принимают за хоска. А на нём весь союз и держался. Точнее на принесённой ему клятве.

— Так союз заключил Президент…

— Ты, Лёнь, слушаешь меня? Я присутствовал на переговорах и подписании вместе с министром обороны и видел, что основную роль играл этот сержант, ему вроде сразу офицерское звание дали, но не суть. Он до сих пор по всем сводкам проходит как сержант Бес. И это именно благодаря ему нам удалось заключить союз против общего врага. Вот его потеря куда существеннее. Он, понимаешь, был… я не скажу третейским судьёй, но… даже не могу подобрать нужного слова.

— Гарантом.

— Ага, Конституции…

— Не смешно.

— Я не смеюсь, Леонид. Ситуация крайне тяжёлая. После уничтожения объекта, шнахассы как с цепи сорвались. Долбят с орбиты по квадратам, хорошо хоть северо-западную ветку успели эвакуировать и, не дожидаясь, дальше на восток всех отправили. Теперь наш черёд. Мы-то, сам знаешь, в самом центре — в «Ямантау-1», но вот и до нас черёд дошёл. Северо-западной ветки больше не существует, южная и юго-западная, откуда выходили на поверхность группы для выполнения задания, накрыли, не прошло и суток. Не всех успели эвакуировать. Потери жуткие, а ответить нечем. Даже нос высунуть на поверхность, понюхать тишину не можем. Как только засекают группу, накрывают с орбиты.

— М-да, взялись за нас.

— Взялись и очень уж рьяно. На штурм не идут. Видно мало у них солдат, но вот с орбиты долбить — долбят. У нас если десяток внешних станций контроля осталось на всё «Метро-4000», то хорошо.

— Что планируется, Виктор Семёнович, знаешь? Мы так долго не просидим. Если уж они свод северо-западной ветки, что под Питером разрушить смогли, то…

— Прямое проникающее попадание в шахту запасного выхода. Детонация на глубине нескольких километров, вот и результат, — выдохнул генерал. Он состоял в группе по расследованию происшествия и знал детали, — а там, наложились многие факторы: детонационная волна, обрушение свода и самое неприятное — хлынули грунтовые воды. Едва успели отсечь другие ветки гермодверями.

— Ты не ответил.

— Отвечать нечего, Лёня. Союз с анторсами удалось сохранить. Они видят, что мы спасаем всех, не делая различия между наши — не наши. Это сыграло роль. Вот они и утихомирились. Жить-то все хотят. Но что делать дальше — вопрос. Я удивляюсь, что противник нам дал практически пять суток на эвакуацию «Ямантау-1». А ведь именно сюда уходили самолёты и транспортники после выполнения задания. И не заметить этого шнахассы не могли.

— Может зря отсюда уходим? Всё-таки естественная гора, может не пробьют.

— Может и не пробьют… с первого раза. Президент сразу отбыл в «Ямантау-2», но это последний оставшийся резервный командный пункт. А мы, когда прибудем на нашу станцию, я сразу на совещание, обсуждать, что делать дальше. И ты прав, отсиживаться не будем. По крайней мере, разговоры такие ходят. Лучше уж погибнуть в бою. Хоть кто-то, но доберётся по поверхности до законсервированных командных пунктов шахтного базирования, что не соединены с веткой «Метро-4000» и отдаст приказ на старт очередной волны. Вот только цели… придётся бить по своей территории.