Книга Отставник 4, страница 109 – Павел Чук

— Хорошо хоть не упокоить, — тихо, чтобы его никто не слышал, пробормотал замминистра.

— Мной, как дежурным офицером, — продолжал капитан, — был послан посыльный за переводчиком. Когда лейтенант прибыл, а союзник успокоился, удалось узнать, что на околоземной орбите ведётся бой. По заверениям приданного наблюдателя, он распознал характерные сигнатуры кораблей, что находились на «Штоонссса́р».

— Это возможно, распознать корабль на орбите? — во время паузы, обратился министр к анторсу. Генерал-предводитель не остался в зале, а покинул его, оставив за себя помощника, чем одновременно удивил и насторожил присутствующих.

— Наше зрение более приспособлено для наблюдения при ограниченном освещении, — пространно начал анторс, — а распознать принадлежность космического корабля к разной расе возможно по контурам и обводам. Знаете, у всех рас индивидуальные предпочтения и полёт инженерной мысли. У вас, например, они бочкообразные с распростёртыми «крыльями». Вы их называете солнечные панели. Так что, если безоблачное небо и расстояние позволяет — это возможно. Другой вариант, что скорее всего и было предпринято — по типу двигателя. У кораблей, что входят в состав флотилии корабля-матки остаточный след двигательной установки близок к вашему фиолетовому цвету, но с вкраплениями синего и жёлтого. Поэтому на малых, а при удачном стечении обстоятельств и на средних высотах, распознать, принадлежит ли он нашей расе и входит ли данный корабль во флот «Штоонссса́р» не составляет труда.

— Понятно… — задумчиво произнёс генерал, но пауза длилась недолго. Дверь вновь отворилась и в помещение вбежал адъютант.

«Когда всё же подключат внутреннюю связь⁈ Трудно что ли связистам кинуть времянку⁈», — в сердцах поморщился министр. Пошли третьи сутки, когда высшее руководство эвакуировалось в эту ветку, но до сих пор внутренняя связь, как ни старались связисты, по неизвестной причине не работала. Вот и приходилось сообщать важную информацию лично, а не по проводной связи.

— Что случилось?

— Товарищ генерал! Генерал-предводитель ашш Уссаа́ш Шно́ас настоятельно требует встречи.

— Так он вместе с нами был, для него секретов нет, пусть заходит.

— Командиры! — не усаживаясь на предложенное место, заговорил ашш Уссаа́ш Шно́ас, — я поговорил с истинно живым и сам убедился в достоверности его слов.

«Так вот почему он уходил с совещания», — подумал Жариков, тем временем истинно живой продолжал.

— … и могу с уверенностью сказать, что сейчас, в эти минуты происходит прорыв орбитальной блокады.

— Вы уверены? — уточнил Шевцов.

Бой на орбите мог означать многое, как попытку деблокирования, так и отвлекающего удара. То, что анторсы на своём «Штоонссса́р» вернулись и решились приблизиться к орбите Земли, министр сомневался. Слишком они быстро ретировались, разорвав дистанцию и выглядело это как бегство. И по проверенным данным, из разговоров самих анторсов, такое было не то что впервые, а не укладывалось у них в голове. Поэтому среди принцев крови и возобладал девиз: «Умрём здесь и сейчас». С трудом этот порыв удалось погасить ашш Сошша Хааш, но его нет, и нет сержанта Беса, кому дана клятва крови, что сдерживала разгорячённые головы гордых анторцев, для которых жизнь без чести невозможна. Вдобавок нарисовалась ещё одна проблема — Одарённый. Его, в тяжёлом состоянии вместе с другими эвакуировали с северо-западной ветки. Самое примечательное, исходя из докладов очевидцев, его едва живого, в бессознательном состоянии несли на руках, охраняли, но самое важное — никого к нему не подпускали. И даже сейчас он находился отдельно среди соплеменников под усиленной охраной, а посланный помочь медицинский персонал отправили обратно.