Книга Отставник 4, страница 9 – Павел Чук

— Не волнуйся, — тихо произнёс по-русски.

— Постараюсь, командир. Но это у меня первая встреча такого уровня.

— Я сам волнуюсь, но дыши ровно и перед принятием решения, сосчитай до пяти и только потом говори или что-либо предпринимай. Этого времени обычно достаточно, чтобы отказаться от скоропалительных решений.

— Благодарю, командир, — ответил он также на русском, а по-анторски, спустя пару секунд произнёс, — командир-хоск требует проверить помещение, где пройдёт совещание.

«Не, ну не это я ему сказал, но, чтобы выйти из затруднительного положения и немного успокоиться, ему нужно время, вот и выдумал, что надо проверить помещение. Вполне логично и обоснованно, кстати, взять непродолжительную паузу, чтобы привести нервы в порядок», — мысленно похвалил ашш Сошша Хааш за находчивость.

Трое сопровождающих принцев крови ушли выполнять распоряжение генерал-командора, а мы остались в проходном помещении. Я на себе ловил заинтересованные взгляды людей, что находились рядом с анторсами, но почему-то никто из них ко мне так и не рискнул подойти. Среди охраны сопровождения искал знакомые лица, думал хоть с ними поговорить, пока какие-то неточности в понятии анторсов в расстановке мебели устранят, но, к моему сожалению, никого из знакомых, ни Грома, ни Зари, ни других офицеров в помещении не оказалось. Пришлось так и стоять почти в одиночестве. Только ашш Сошша Хааш успокоился и не ходил из стороны в сторону, а спокойно стоял рядом, выслушивая доклады своих подчинённых.

— Какая-то проблема? — не выдержал, обратился к ашш Сошша Хааш, когда ожидание, на мой взгляд, излишне затянулось.

— Проблем нет, командир-хоск. Принимающая сторона обещала устранить указанные недочёты и, командир, можно тебя на пару слов, — ашш Сошша Хааш бегло говорил по-русски и при разговоре со мной часто переходил с одного языка на другой. Я даже удивился такому быстрому усвоению незнакомого языка. Ведь я анторский изучал ментально, а принц крови выучил русский практически с нуля за пару месяцев, если не меньше. Хотя помнил, разговор с переводчиком во время плена, что наш земной язык труден для восприятия, и мало кто из истинно живых способен его освоить.

— Слушаю.

— Первым, один, входишь ты. Занимаешь место в торце. Там отдельный стол чёрного цвета с бархатным покрытием. Только потом, одновременно, с разных сторон вхожу я и ваш руководитель в сопровождении одного лица — переводчика, — видя непонимание и удивление на моём лице, ашш Сошша Хааш продолжил, — ты, командир — хоск по рождению и мои соплеменники воспринимают тебя как неровню нам, а третьей стороной конфликта, что вмешалась в происходящее и предложила вариант заключения союза с расой, за которую ты отвечаешь…

Я давно понял, что меня воспринимают и относятся ко мне иначе, чем к землянам. Взять то же обращение: «командир», ни к одному землянину анторс так не обратится, только или по имени-позывному, если оно известно, или обыденно: «человек», а тем временем анторс продолжал: «И меня не поймут, если ты сядешь за стол переговоров на противоположной стороне, тем самым показав приоритет интересов…».

— И тем более, меня не поймут земляне, если я сяду с вашей стороны, — закончил мысль ашш Сошша Хааш.

— Ты правильно меня понял, командир-хоск. Всё, тебе пора. Иди.