Книга Отставник 5. Абордаж, страница 59 – Павел Чук

— Я не стал их трогать. Искал только воду и еду. Ещё бинты для перевязки, — пояснил истинно живой, когда показали пластиковые коробочки с непонятной маркировкой.

Его опасения в применении незнакомых лекарственных средств объяснимы и не осуждаю. Сам в первый раз боялся использовать боевую химию неизвестного состава и действия.

Шаносика извлекли и без чувств уложили на пол.

— Так, стоп, ашш Нотика Вусони, где тело медика? Его осматривали, может у него что нужное найдётся.

— Сейчас сделаем. Он так и лежит придавленный.

— И тело нашего солдата тоже извлеките…

По моим ощущениям с момента боя прошло больше трёх часов, но противник никак себя не проявлял. Данный факт меня радовал, но одновременно я понимал, что так долго продолжаться не будет. Не знаю, почему забыли про эту группу солдат, почему они не доложили руководству о бое, но эти драгоценные часы я использовал с пользой. Бывшие пленные добровольцы отдохнули, привели себя в порядок, но этого времени оказалось мало. Действовали они заторможено и у меня возникло предположение, что так сказываются последствия перенесённой ими интоксикации неизвестным газом.

— Ты как себя чувствуешь? — подозвал Птицу-восемь. У каждого спрашивать самочувствие посчитал излишним. И так видел, с каким трудом держатся ребята.

— Голова кружится, трудно соображать, ноги ватные, сами подкашиваются, а так в норме.

— Понятно. Как соображаешь? Рефлексы не заторможены?

— Считать в уме трудно. Пробовал, чтобы отвлечься от событий занять мозг решая примеры, но мысли путаются.

— Последнее из-за кислородного голодания, как там пленный?

— Оказали первую помощь. У него сломана лодыжка. Плечо вывихнуто, но вправили. Хорошо, что был без сознания.

— Понятно, пошли. Надо приводить его в чувство.

Проходя мимо анторса, остановился.

— Принц крови.

— Да, командир-хоск.

— Организуй осмотр тел на предмет пригодности формы противника для использования, — отдал приказ, так как у меня созрел план…

* * *

— Конса́тий! Смена пришла, открывай! — в изолированном помещении раздался вызов с панели внешней связи. Дежурный координатор сектора взглянул на экран и потянулся к пульту открытия двери. Набрал несложную комбинацию, и бронированная дверь тихо отъехала в сторону.

— Что такой хмурый? — внутрь вошёл его сменщик — А́псон Ни́вак, — тревогу по нашему сектору отменили, сиди, да храпи потихоньку.

— Отменили, — поднимаясь из анатомического кресла, ответил Консатий, — принимать пост будешь?

— А как же, — ухмыльнулся Апсон Нивак, — все записи ушли на Центральный Пульт?

— Да.

— Тогда всё в порядке. Если на ЦП ничего не нашли, то мы — вечные странники космоса, тем более ничего не заметим.

— Смотри сам, — пожал плечами Консатий. Смена дежурств на посту видеофиксации координатора сектора превратился в рутину. От дежурного только и требовалось, следить чтобы вся информация уходила на ЦП, где обрабатывалась, анализировалась, а если что выявлялось подозрительное, то с ЦП приходила директива, что делать, какую группу военных или техников направлять и на какой уровень, — электронный журнал я заполнил, дубликат отправил в архив.

— Есть что-то интересное? — заняв место дежурного координатора, осведомился Апсон Нивак.

— Много вызовов технического персонала для ремонта и проверки. Время поступления заявки и её исполнение занесены в журнал.