Книга Павший, страница 104 – Анна Щучкина

Я вновь подошла к столу и взяла свиток, лежавший среди карт. Развернула его, хотя и так знала содержание наизусть. План дворца – каждый коридор, каждая комната, каждый потайной ход. Мой взгляд скользил по линиям, но мысли блуждали далеко.

Что сказала бы Александра, увидев меня сейчас? Та женщина, которая жила на Земле, училась, работала, любила. Та, которая не знала о Таррвании, о дитто, о драконах и фарффлах.

Она бы, наверное, рассмеялась. Или заплакала. Или все одновременно.

Странно осознавать, что ты – это сразу два человека. Две судьбы, две истории, сплетенные в одну. Александра и Аниса. Земля и Таррвания. Прошлое и настоящее.

Когда я только вспомнила, кто я на самом деле, когда память Анисы вернулась ко мне, я была уверена, что хочу вернуться на Землю. Там моя жизнь, там мой дом, там все понятно и знакомо. Я торговалась с Костералем, готовая на все, лишь бы покинуть этот странный, опасный мир.

Но теперь…

Я подошла к выходу из шатра и слегка отодвинула полог. Солнце клонилось к закату, окрашивая лагерь в золотисто-красные тона. Воины готовились к ночи – разводили костры, чистили оружие, негромко переговаривались. Их лица были суровыми, но в глазах читалась решимость. Они готовились к битве за свою землю, за свой народ.

И я вдруг поняла: это и мой народ тоже. Эта земля – моя земля. Я могла бы притворяться сколько угодно, могла бы убеждать себя, что Александра – мое настоящее «я», но правда в том, что Аниса никогда не умирала. Она дремала во мне, ждала своего часа.

Да, я умерла здесь. Но это делало жизнь только острее, только ярче. Здесь оставались те, кого я любила, – пусть даже не помнила об этом долгие годы. Мои друзья, моя семья…

Александр.

Воспоминание пришло неожиданно, ярко, словно вспышка среди темноты. Мы дети. Нам всего по шесть лет. Он прокрадывается на кухню императорского дворца и возвращается с полными карманами сладостей.

«Это тебе, Ниса, – шепчет он, протягивая мне засахаренные фрукты. – Только никому не говори».

Я помню его улыбку – открытую, искреннюю. Помню, как он защищал меня от насмешек других детей, как учил держать меч. И клялся, что всегда будет на моей стороне.

Что случилось с тем мальчиком? Когда он превратился в холодного, расчетливого мужчину, готового использовать даже собственную сестру в своих политических играх?

Я знала его другим. Тем, кто мог ради меня пойти на любые поступки. Тем, кто защищал меня ценой собственного благополучия.

И возможно, в своем извращенном понимании, он думал, что защищает меня и сейчас. Пытаясь не допустить моего возрождения, контролируя каждый мой шаг, он в своем разумении оберегал меня от опасностей, которые таил в себе этот мир.

Я горько усмехнулась. Как часто любимые нами люди пытаются защитить нас, сковывая цепями собственной заботы. Они убеждены, что действуют из лучших побуждений. Но в итоге лишают нас права выбора, права на собственные ошибки, на собственную судьбу.

Александр должен понять: я не та маленькая девочка, которую нужно оберегать от всего мира. Я жена. Я сестра. Я дитто. И я имею право сама решать свою судьбу, даже если это решение приведет меня к гибели.

Пусть я умру за свои ошибки, но это будут мои ошибки. Не его. Не Костераля. Не кого-либо еще. Мои собственные выборы, мои собственные решения.