Книга Дикая кровь, страница 190 – А. Дж. Врана

Пуля только задела.

Затаив рычание за стиснутыми зубами, Кай отбросил другого нападавшего, используя его как живой щит. Затем он схватил стрелка за запястье. Быстрым движением он порвал связки, и лязг оружия об пол заглушил болезненный вопль. Сильным толчком в грудь Кай заставил мужчину растянуться на земле, а затем наступил ему на лодыжку, сломав и этот сустав.

Пятеро готовы.

Отскочив, Кай ударил предплечьем по горлу одного из бандитов, а затем швырнул его отброшенный полуавтоматический пистолет в лицо другому. Он обхватил рукой ублюдка, который первым выстрелил в него, и угрожающе прошептал ему на ухо «приветик». Подлец пытался сопротивляться, бешено брыкаясь, но Кай зажал ему локтем сонную артерию, наслаждаясь сдавленными звуками, которые вырвались у него, когда его лицо покраснело, а на виске вздулась вена. Пока он терял сознание, кое-кто из поверженных бандитов пришел в себя. Кай бросил оружие и скользнул за стол, когда мимо пролетела еще одна пуля. Он ударил кулаком по ножке стула, чтобы отломать конец, а затем швырнул самодельный кол в стрелка, пронзив ему плечо. Пистолет выпал у него из рук, и он упал на своего вопящего товарища. Кай не упустил возможности; он бросился вперед, выхватил свой охотничий нож и вонзил его в живот второго мужчины, перед тем как отдернуть его.

Оба бандита задергались, один схватился за живот, и кровь потекла по его пальцам. Выражение его лица исказилось в усмешке, когда гангстер произнес несколько отборных слов о матери Кая.

— Моя мать мертва. – Кай поднес нож к губам. Его язык скользнул по лезвию, отделяя багряное от серебряного. Затем зловещая ухмылка – все зубы окрашены в красный. – Я отправлю тебя к ней.

Ни один бандит не поднял пистолет на Кая, как будто это было показателем их мужественности. Большинство из них были ранены, а их оружие было разбросано по всему бару в виде осколков. Вожак стаи схватился за ребра и наконец выбрался из-под груды стульев, на которые налетел.

— Не двигайся! – раздался дрожащий голос из глубины обеденного зала.

Желудок Кая сжался, когда он переключил свое внимание. Один из бандитов ускользнул, но по дороге кое-что прихватил. Теперь он вернулся за своим выкупом. Одной рукой он держал Кэрол за шею, неловко подталкивая ее вперед. Другой рукой приставил пистолет к ее виску, дуло уперлось в нее, когда она отклонилась. Женщина выглядела скорее взбешенной, чем испуганной, выкрикивая угрозы и извиваясь в руках ублюдка. Он вывернул ей руку, и она вскрикнула, но ее протесты были заглушены.

— Только выкини что-нибудь, и я вышибу ей мозги к чертовой матери! – Рука, сжимавшая ствол, дрожала.

— Черт! – Коннор чуть не перескочил через стойку, но Сергей оттащил его назад, шипя, чтобы тот успокоился.

Чувство удовлетворения исчезло, оставив только кислый привкус крови во рту Кая. На кухне кто-то был. Он слышал звуки, но выброс адреналина стер это из его памяти, и к тому времени, когда люди Петра ворвались в дом, Кай уже забыл об одиноком сотруднике. Донован проклинал собственную неосмотрительность – свой воинственный отказ действовать с умом, предпочитая грубую силу.

— Сдавайся, – сказал бандит, удержавший Кэрол. Коннор беспомощно смотрел на Кая, ожидая ответа, которого у него не было.

Кай сжал охотничий нож, осматривая комнату. Он был рад рискнуть собственной шкурой – черт возьми, он даже доставил бы удовольствие Коннору и Сергею, если бы навлек на себя бо́льшую часть неприятностей. Они знали, на какую жизнь подписались. Но Кэрол? Она никогда не просила об этом. Даже если бы он смог найти способ маневрировать, приставленный к ее голове пистолет не стоил такого риска. Кай неохотно убрал нож в ножны, бросил его на пол, затем поднял обе руки и сцепил их за головой.