Книга Инженер. Миссия поверхность, страница 136 – Тимофей Афаэль

— Эй! Что за ерунда?! — парень дернулся и смахнул рукой отросток. Тот обиженно вернулся на свое место, а по всей системе каналов, опутавших коридор, прошла легкая вибрация.

— Кстати, а вам не кажется, что воздух здесь посвежее стал? — вдруг спросил Руби, озвучивая не только свои наблюдения.

Еще с момента спуска Хальву показалось, что дышать здесь намного легче, чем на третьем уровне и на втором тоже. Воздух был свеж и довольно чист, и чем дальше они продвигаются по коридору, тем он становится чище.

— Казалось бы, радоваться нужно, неизвестность сильно напрягает, — вздохнул Мишка. — Хальв, воздух может становиться свежее и чище у мощной воздушной машины?

— Может, — подтвердил Хальвадор. — Если она здесь есть, то огромной мощности. Не зря же гадость эта, — он ткнул пальцем в щупальца, — так изменилась. Переизбыток кислорода позволил обосноваться здесь такому мощному организму.

« — Да еще и сонная хмарь откуда-то взялась, а все нервы, натянутые как струна. Стоило немного расслабиться и в сон потянуло», — подумал беловолосый с недовольством. “ — Нужно было ночью спать нормально. Заставить себя и спать, а не слоняться туда-сюда по мастерской. Вот теперь уже на боевой операции глаза закрываются».

Он сверился с картой и сделал очередной поворот по вихляющемуся, как шнурок от ботинка, коридору. Впереди показались своды знакомой пещеры. Дома знакомые, состоящие из готовых конструкций, что они когда-то нашли в разрушенном поселении. Вон и его домишко притулился на окраине деревни.

— Ты что-то подзадержался в городе! — окликнул Хальва знакомый голос. — С Янецем винтовку дорабатывали опять или новое что-то придумывали? — спросил Борис, шедший ко нему по тропинке от деревни.

— Что придумывали? — переспросил Хальв, тупо пялясь на мужчину. У него никак не получалось сформулировать внятную мысль, в голове все путалось.

Он захотел потереть ладонями, думая, что начались галлюцинация. Потянулся, вспомнил о шлеме, надетом на голову, но руки почему-то коснулись кожи лица. Кожа ощущалась как обычно. Без шлема!

Хальв глянул на руки и оторопел. Они были его и при этом не его. То есть, такие ладони у него были лет пять назад. Мальчишеские еще, не грубые, но уже забитые старыми мозолями.

— Ты как очнулся тогда, так постоянно стал тормозить. Мучают еще боли? — участливо спросил он, подойдя ближе. Хальв протянул руку для приветствия, и он ее пожал. Ощущалась его рука именно такой, какой парень ее помнил.

— Какие боли? — оторопело переспросил беловолосый, разглядывая мужчину. Все в нем было именно таким, каким запомнилось парню в их последнюю встречу.

— Опять провалы в памяти? Мы когда с крысами воевали, ты с вышки упал. Сильно головой ударился. Думали, помрешь, а ты, молодец, выкарабкался, вот только боли головные у тебя бывают и провалы в памяти, — Борис вздохнул и погладил Хальва по голове. — Идем, там уже обед приготовили, поедим да расскажешь как оно там в городе.

Хальв пошел за ним следом, раздираемый чувствами. “ — Получается, вся последующая жизнь мне привиделась в бреду, пока я лежал с травмой? Бред какой-то», — раздумывал он.

В деревне все выглядело, как обычно, вроде бы, но при этом изобиловало новыми деталями. Деталями, которые он не помнил. Не было у них этого в деревне. К примеру, в мастерской освещение немного по-другому устроено было. Лампы в других местах висели. Озадаченный Хальв отвернулся, глянуть на другие дома, а когда повернулся, лампы в мастерской уже висели так, как я их помнил.