Книга Темный Лорд Устал. Книга ll, страница 5 – Тимофей Афаэль, Алексей Сказ

Стрельников слушал эти истории о необъяснимых чудесах, нарушающих сами основы реальности. Он не чувствовал лжи или преувеличения. Только искреннее доверие. Эти простые, грубоватые мужчины верили в то, что говорили, до глубины души.

Он допил свой напиток и вежливо откланялся, оставив на столе деньги, достаточные для того, чтобы вся бригада пила до самого утра, вышел из шумной таверны в прохладную ночную тишину. Его гипотеза, зародившаяся еще в столице, только что получила свое первое подтверждение.

Игорь сел в свою машину, где его уже ждал помощник. «Это не просто уважение к работодателю, — подумал он, глядя на огни таверны. — Это преданность фанатиков. Он их словно обратил. Вопрос — во что?»

Утренний туман еще не успел рассеяться, когда я вышел в свой сад. Воздух был свежим и прохладным, наполненным ароматами влажной земли и цветов. Это было мое время — час тишины перед тем, как «Эдем» проснется и наполнится неизбежным шумом строительства и человеческой суеты.

Я направился к террасе, где располагались мои самые амбициозные проекты. Здесь, в защищенных грядках я выращивал редчайшие образцы флоры — растения, которые требовали не просто ухода, а абсолютного совершенства условий.

В центре террасы, в специально подготовленной почве, росли саженцы Полуночной Розы. Легендарный цветок, чьи лепестки должны были быть абсолютно черными — не просто темными, а поглощающими свет, словно кусочки живой тьмы. Идеальное воплощение порядка в хаосе природы.

Я остановился перед грядкой и нахмурился.

Первые бутоны уже распустились, и то, что я увидел, заставило мое лицо исказиться от раздражения. Лепестки были почти черными — да, темными, бархатистыми, красивыми для любого садовника-любителя, но не для меня. Я видел изъян, который резал глаз своим несовершенством: едва заметный, но отвратительный багровый оттенок, портящий абсолютную черноту.

Они были неправильными. Совершенно не то, что я хотел.

Я присел на корточки, изучая ближайший цветок. Структура лепестков была правильной, аромат — приятным, размер — идеальным. Но цвет… цвет был компромиссом, а я не терпел компромиссов.

Причина была очевидна. Больная земля. Истощенные лей-линии, которые не могли обеспечить растениям достаточно чистой энергии для проявления своих истинных свойств. Поврежденная южная артерия отравляла своим хаосом даже мои самые тщательные усилия.

Я просчитался. Переоценил стабильность лей-линий, недоучел влияние хаотических эманаций. Несмотря на все мои знания и опыт, я допустил ошибку в расчетах.

Это было напоминание о том, насколько далек мой мир от идеала. Мой сад должен быть совершенным. Каждое растение в нем должно соответствовать моему замыслу., а эти розы… эти розы были пародией на мою мечту.

Я встал и одним резким движением вырвал ближайший цветок вместе с корнем. Затем следующий. И еще один. Земля разлеталась во все стороны, обнажая корневую систему, которая, несмотря на все мои усилия, не смогла впитать достаточно чистой энергии.

— Брак, — холодно произнес я, сбрасывая очередную розу в плетеную корзину для органических отходов. — Это неприемлимо.

За несколько минут я очистил всю грядку, оставив только черную землю.

Я поднял корзину и направился к оранжерее, где работала моя биомант. Девушка с огненно-рыжими волосами — Кира — склонилась над микроскопом, изучая образцы почвы.