Книга Темный Лорд Устал. Книга III, страница 114 – Тимофей Афаэль, Алексей Сказ

Генерал Тарханов медленно опустился в кресло, осознавая, что его гениальная операция не просто провалилась, а обернулась катастрофой. Вместо устранения угрозы они сделали своего врага в разы могущественнее.

— Насколько… насколько он стал сильнее? — тихо спросил он.

Даниил закрыл глаза, пытаясь нащупать остатки ментальной связи:

— Я не могу точно сказать… Слишком больно подключаться… Но если раньше это был тлеющий уголек, то теперь… теперь это полноценный костер.

В командном центре воцарилась гробовая тишина, нарушаемая только писком умирающих приборов.

* * *

Кассиан

Кокон света достиг критической точки насыщения. Я направил последний поток энергии через свои внутренние каналы, завершая процесс восстановления, и позволил ритуальной конструкции схлопнуться в одну яркую точку на моей груди, где она растворилась без следа.

Дарина упала на колени, полностью истощенная. Ее лицо было бледным как полотно, губы дрожали, а из глаз текли слезы — смесь физической боли и эмоционального шока.

Я медленно поднялся, ощущая, как обновленная сила течет по жилам. Каждая клетка тела пульсировала восстановленной энергией. Я чувствовал себя лучше и гораздо более сильным.

«Время для образовательной программы,» — подумал я, глядя на рыдающую девушку.

Я направил часть своего сознания прямо в ее разум — не грубо, как это сделал бы псайкер-любитель, а с хирургической точностью. Дарина вздрогнула, почувствовав чужое присутствие в голове, и попыталась отшатнуться, но у нее не было сил даже на это.

— Смотри и учись, — сказал я вслух, одновременно транслируя ей образы.

Первым делом я показал ей кабинет, где неизвестный генерал и псайкер планировали использовать ее как живое оружие. Дарина задрожала всем телом, увидев, как хладнокровно они обсуждали ее эмоциональные слабости.

— Нет… — прошептала она, но я продолжил.

Затем я продемонстрировал ей весь процесс ментального воздействия Даниила — как он отравлял ее разум ложными видениями, играл на ее детских воспоминаниях, превращал сострадание в оружие против нее самой.

— Это… это не могло быть ложью… — всхлипнула Дарина. — Я же чувствовала… я видела Калева…

— Ты видела то, что тебе показывали, — ответил я, транслируя ей образы того, как «Слеза Аши» была подброшена в почтовую ячейку агентами ФСМБ. — Анонимные «союзники», которым ты так доверилась, были твоими врагами.

Дарина закрыла лицо руками, плечи тряслись от рыданий. Весь ее мир, вся система убеждений рушились на глазах.

— Ты стала жертвой собственных идеалов и ложной самоуверенности, — продолжал я безжалостно, показывая ей, как легко она поверила в версию реальности, которая льстила ее самооценке. — Вместо того чтобы проверить факты, обратиться за помощью или поговорить с Алиной, ты предпочла довериться эмоциям и гордыне.

— Я… я думала, что спасаю тебя… — прошептала она сквозь слезы.

— Ты думала, что особенная. Что только ты способна видеть «правду». Что все остальные слепы, а ты — избранная спасительница, — мои слова были точными и болезненными. — Именно твоя гордыня сделала тебя идеальной марионеткой.

Дарина болезненно всхлипнула. Она действительно чувствовала себя особенной, единственной, кто мог «увидеть правду».

— Но урок не закончен, — добавил я и направил небольшую порцию только что поглощенной энергии в ее истощенный организм.