Книга Темный Лорд Устал. Книга III, страница 99 – Тимофей Афаэль, Алексей Сказ

— Скучно, — протянул Даниил, едва взглянув на фотографию серьезной молодой женщины. — Логика — это броня против эмоций. Такие люди слишком хорошо защищены рациональностью. Чтобы их сломать, нужно время и очень тонкий подход.

Тарханов перелистнул к следующим файлам:

— Глеб, начальник безопасности. Бывший спецназовец, абсолютная лояльность. Антон Молот, командир Стражей Эдема. Тоже военный.

— Как я и думал раньше, это лишь солдаты, — пренебрежительно отмахнулся псайкер, даже не удостоив их фотографии взглядом. — У них есть только одна эмоция — преданность командиру. Пытаться ее сломать — все равно что долбить гранитную стену головой.

Даниил встал и прошелся по комнате, его движения были плавными, почти танцующими:

— Понимаете, генерал, военные — это особая каста. Их психика устроена так, чтобы выдерживать экстремальные нагрузки. Их сознание как бункер — может выстоять под любым обстрелом.

Тарханов кивнул:

— Эти люди — инструменты. Они лояльны не из любви или страха, а потому что он сделал их максимально эффективными в их работе. Их разум — это четкие алгоритмы, логика и беспрекословное выполнение приказов. На них воздействовать неэффективно.

— А вот этого товарища мы тоже пропускаем, — добавил Даниил, указывая на досье Константина Лебедева. — Циник и прагматик. У таких людей нет иллюзий, поэтому их нечего разрушать. Они уже приняли мир таким, какой он есть.

Палец генерала скользнул по поверхности стола и остановился на последнем досье — Дарины Орловой. На фотографии была изображена молодая женщина с мягкими чертами лица, добрыми глазами и легкой улыбкой. Даже на официальном снимке от нее исходило какое-то особое тепло.

— Возможно, но вот это… это совсем другое дело, — медленно произнес генерал, постукивая пальцем по фотографии. — Дарина Орлова. Целительница высшего ранга. Идеалистка до мозга костей. Дочь патриарха одного из великих кланов, но выбравшая путь служения людям, а не политическим играм.

Даниил наклонился ближе к изображению, и его глаза загорелись нездоровым, хищным интересом. Он словно почувствовал запах крови:

— О, какая прелесть! Посмотрите на это лицо — сплошное сострадание и эмпатия. Каждая черточка говорит о человеке, который живет сердцем, а не разумом. Связана с ним не логикой или расчетом, а чистыми, искренними эмоциями.

Генерал открыл психологический профиль:

— Согласно нашим данным, она знала Калева Воронова еще в детстве. Дружили семьями. Ее привязанность к нему имеет глубокие корни.

— Еще лучше, — довольно усмехнулся псайкер. — Детские воспоминания, старая дружба — это самые сильные эмоциональные якоря.

— Ее сострадание — это слабость, — продолжил Тарханов развивать мысль. — И уязвимость. Она буквально физически чувствует чужую боль как свою собственную. Несколько раз попадала в больницу из-за эмоционального истощения.

Даниил поднялся и начал ходить вокруг стола, словно выполняя какой-то ритуальный танец. Его движения стали более быстрыми, возбужденными:

— Генерал, вы даже не представляете, какой идеальный выбор сделали! Видите ли, в мире существует два типа людей: те, кто строит стены вокруг своей души, и те, кто строит мосты к другим душам.

Он остановился и посмотрел прямо на Тарханова, и в его взгляде плясали безумные огоньки: