Книга Темный Лорд Устал. Книга VII, страница 35 – Тимофей Афаэль, Алексей Сказ

Доверять нельзя никому.

Кроме Хозяина.

Степан проверил футляр с печатью. Он был на месте, прижимал его к груди и двигался дальше. До «Эдема» было километров пять, если срезать через промзону. Можно дойти за час, если не нарвёшься на патруль.

Если не нарвёшься.

Он свернул в очередной тёмный переулок и ускорил шаг.

Последние полкилометра он не шёл, а фактически полз.

Ноги гудели от усталости, рубашка насквозь промокла от пота несмотря на холод. В боку кололо так, что каждый вдох отдавался тупой болью. Степан давно не бегал, лет десять, наверное, с тех пор как врач запретил ему нагрузки из-за давления. И вот теперь организм мстил за годы сидячей работы.

Но он дошёл.

Высокие, кованые ворота «Эдема» выплыли из темноты как спасительный маяк. За ними светились огни резиденции, и этот свет казался Степану самым прекрасным зрелищем в его жизни.

Он вывалился из кустов на освещённую площадку перед КПП и тут же ослеп от ударивших в лицо прожекторов.

— Стоять! Руки!

Голос был резкий, командный. Степан послушно поднял руки, хотя они дрожали так, что едва слушались.

— Свои, — прохрипел он, щурясь от света. — Свои… К Хозяину… Срочно…

Из будки КПП выскочили двое Стражей в чёрной броне с эмблемой ворона на плечах. Один держал его на прицеле, второй приближался осторожно, как к дикому зверю.

— Имя! Цель визита!

— Это я, мэр… — он закашлялся, сплюнул вязкую слюну, — Степан Васильевич… Мэр Воронцовска… Город блокируют, Шубов под Громова лёг, надо предупредить…

Стражи переглянулись.

Тот, что держал на прицеле, чуть опустил оружие.

— Мэр? Это который с субботником приезжал?

— Он самый, — второй подошёл ближе, всмотрелся в лицо Степана и присвистнул. — Точно он. Только выглядит как бомж после драки.

Степан хотел огрызнуться, но сил не было даже на это. Он просто стоял, покачиваясь, и держался на ногах только упрямством.

— Мне надо… к Хозяину… срочно…

Ноги подкосились, и он начал заваливаться вперёд. Стражи подхватили его под руки, не дав рухнуть на землю.

— Тихо, тихо, господин мэр. Держим вас.

— Вызывай старшего, — бросил один другому. — И медика на всякий случай.

Степана довели до будки КПП и усадили на скамью. Кто-то сунул ему в руки стакан воды, и он выпил залпом, расплескав половину на грудь.

— Печать, — прохрипел он, хлопая себя по внутреннему карману. — Печать цела… Сохранил…

Стражи снова переглянулись, явно не понимая, о чём он говорит.

Степану было плевать. Он сидел на жёсткой скамье за воротами «Эдема», и это было главное. Шубов не достанет его здесь и Громов не достанет. Никто не достанет.

Он прислонился к стене и закрыл глаза, чувствуя, как бешено колотится сердце.

Главное он успел добраться. Теперь надо было лишь всё рассказать Хозяину. А дальше…

…дальше Хозяин разберётся. Он всегда разбирается.

Степан сжал футляр с печатью и позволил себе слабую улыбку.

Он больше не являлся мэром города под губернатором Громовым. Отныне он был человеком Воронова, и точка. Пусть это называется как угодно — правительство в изгнании, мятеж, предательство. Ему было плевать.

Он сделал свой выбор.

Степан Васильевич

Приёмная Резиденции была тихой и тёплой, а Степан Васильевич сидел на краешке дивана и боялся пошевелиться.

Но не потому что устал, хотя ноги гудели так, будто он пробежал марафон, а не пять километров по тёмным дворам. И не потому что замёрз, хотя рубашка до сих пор липла к спине от холодного пота. Просто он вдруг остро осознал, как выглядит: грязный порванный костюм, пыльные ботинки, ссадина на щеке от ржавой проволоки. Мэр города, представитель Лорда-Протектора сидит в роскошной приёмной как бродяга, которого пустили погреться из жалости.