Книга Темный Лорд Устал. Книга VII, страница 39 – Тимофей Афаэль, Алексей Сказ

— С-сколько у нас времени? — спросила Алина. Хоть её голос дрожал, но голова уже работала.

— До полного отключения — часов шесть-восемь. До критической нехватки продовольствия — неделя, может полторы.

Степан, до этого молча стоявший у стены, подал голос:

— Громов мне так и сказал. Неделя — и люди сами принесут вашу голову.

Даниил нервно дёрнул плечом.

— А этап второй?

— Саботаж. Под видом беженцев в город попытаются просочиться диверсанты. Их цель — инфраструктура: насосные станции, склады, больницы — чем больше хаоса, тем быстрее мы сломаемся.

Фея материализовалась над столом с планшетом наготове.

«О, явилась. Крылатый секретарь апокалипсиса». — раздался мысленный голос Мурзифеля.

— Помолчи, животное, — прошипела фея. — Хозяин, я готова протоколировать.

— Этап третий — зачистка, — я увеличил карту, показывая подъездные пути. — Когда город погрузится в анархию, Громов введёт «Санитарный батальон». Официально — гуманитарная помощь и кремация трупов. Реально — уничтожение свидетелей.

Антон стиснул кулаки.

— Сволочи и паскуды. Ладно бы мы чужие были, а тут свои…

— Свои? — я позволил себе тень усмешки. — У меня нет «своих» в этой Империи, Антон. И у вас теперь тоже, если вы остаетесь со мной. Мы для них биологическая угроза. Вирус, который им нужно выжечь.

Повисла тишина.

— Разумеется, мы не дадим им реализовать этот план, — я откинулся на спинку кресла. — Переходим в режим осаждённой крепости.

Лилит прищурилась.

— У тебя уже есть план? Ты знал, что это случится?

— Я предполагал, что возможно рано или поздно они ударят. Не знал когда и как, но готовился на всякий случай.

— И? — Антон наклонился над столом. — Что делаем?

— Первое — продовольствие.

Я посмотрел на Степана.

— Вводим ограничения на покупку. Не больше определённого количества в одни руки. Мука, крупа, консервы — всё по лимиту.

Степан достал мятый блокнот.

— Чтобы паникёры не скупали всё подряд и не создавали дефицит?

— Именно. Паника опаснее голода, а пустые полки — это бунт. Товар по норме — это порядок.

Морозов подал голос по монитору:

— У меня фермеры. Когда слухи дойдут, начнут прятать зерно и скот.

— Выкупаем. За наличные и за гарантию защиты. Но если кто-то решит спрятать продовольствие, пока люди голодают…

Морозов понял и кивнул.

— Второе — порядок.

Степан поднял голову.

— Полиция, по крайней мере часть, которая переметнулась к Громову, будет мешать.

— Полицию нужно разоружить и проверить, — бросил я Глебу и Антону. — Кто с Шубовым — под арест. Кто сопротивляется — ликвидация.

Глеб кивнул.

— Мародёров в трудовые бригады. Создание бокпостов и прочие работы. Кто ворует у своих в осаде пусть отрабатывает потом и кровью. Никаких тюрем, мы не будем кормить преступников, пока честные люди работают.

Дарина открыла рот, словно хотела что-то сказать, но промолчала. Лилит одобрительно качнула головой.

«Потом и кровью. Как в старые добрые» — Мурзифель осклабился.

— Объявишь это по радио, — сказал я Степану. — Чтобы каждый понял: шутки кончились и началось выживание.

Степан сглотнул, но кивнул.

— Вопросы?

Молчание.

— Хорошо. Идём дальше.

Я повернулся к Антону.

— Твоя очередь. С этой минуты Стражи — единственная законная сила в обоих городах.

Антон кивнул, готовый слушать.

— Полиция. Выявить всех, кто лоялен Громову. Изолировать, но без лишнего шума и показательных расстрелов — просто убрать с улиц. Из оставшихся выбери толкового человека и назначь исполняющим обязанности начальника. Он будет подчиняться лично тебе.