Книга Темный Лорд Устал. Книга IX, страница 60 – Тимофей Афаэль, Алексей Сказ

— Ты в курсе, что твоя экономика уже в коме? Заводы стоят, логистика парализована твоими же кланами, а рабочие бунтуют. Сейчас твоя Империя — это обанкротившийся актив с колоссальными долгами. И ты предлагаешь мне взять мои автономные энергосети, мои биореакторы, мой технологии… и заткнуть ими эти дыры. То есть починить твой тонущий корабль за мой личный счёт.

Он сделал короткую паузу, глядя на побледневшего монарха.

— И в качестве великой награды за это «достижение» ты предлагаешь мне… бумажку с гербовой печатью и должность твоего подчинённого.

Тишина повисла над столом. Орлов слышал, как потрескивают угли в гриле и журчит вода в источниках. Никто не двигался. Даже Мурзифель перестал жевать и замер, глядя на голограмму немигающими жёлтыми глазами.

— Поэтому я хочу, чтобы ты задал себе один простой вопрос, Александр, — Воронов наклонился чуть ближе к проекции, словно заглядывая Императору в душу. — А что ты можешь мне дать такого, чего я не могу взять сам?

Император открыл рот. Потом закрыл. Снова открыл, но… не проронил ни звука.

Очевидно, он искал слова, искал аргументы в рамках своего привычного политического мира, но этот мир… только что разбили вдребезги.

— Ничего, верно? — ответил за него Воронов. — Я хочу, чтобы ты понял. Ты ведь, надеюсь, не глупый человек. Твои титулы сейчас не стоят даже той бумаги, на которой напечатаны, а твоя умирающая Империя — это пассив, который потянет на дно всех, кто за него цепляется.

Воронов взял вилку и спокойно наколол кусок мяса с тарелки.

— Но знаешь, кое-что ты можешь сделать, чтобы облегчить свою участь. — сказал он, уже не глядя на голограмму. — Убери резервные дивизии от моих границ, Александр, иначе… мне придётся пустить их на удобрения. Генерал Брусилов как раз жаловался, что ему не хватает рабочих рук на соевых плантациях.

Он отправил мясо в рот и начал жевать.

— Доброй ночи.

Император смотрел на него с каменным выражением лица до самого конца. Лишь под конец трансляции отчаянный взгляд метнулся в сторону Орлова. И то, что Орлов там увидел… едва не разбило ему сердце.

После чего трансляция прервалась.

Кабинет Императора исчез, остались только горы, пар над источниками и стол с хорошей едой.

Лилит с лёгким звоном подняла свой бокал.

— За дипломатию, — сказала она с широкой улыбкой.

Захаров хмыкнул. Дарина покачала головой. Алина и Степан Васильевич переглянулись.

Орлов сидел неподвижно и смотрел на погасший экран планшета.

Он знал, что так будет. Знал с самого начала. Но одно дело предполагать, и совсем другое — видеть своими глазами, как рушится последняя иллюзия Трона.

— Виктор Петрович, — голос Воронова вырвал его из оцепенения. — Ешь. Стейки остывают.

Он ничего не ответил. Он лишь… взял вилку и начал есть.

Ведь больше ему ничего не оставалось.

Александр

Голографический экран мигнул и погас, оставив после себя глухую тишину.

Александр стоял неподвижно, мертвой хваткой вцепившись в край массивного стола. Его взгляд всё ещё был прикован к пустому месту над столешницей, где секунду назад висело лицо Орлова — его премьер-министра и главной опоры Трона — человека, которому Император доверял больше, чем кому-либо в этом холодном дворце.

И этот самый человек сейчас сидел перед ним в банном халате, с мокрыми волосами, небрежно попивая чай. Смотрел на своего сюзерена так, словно тот был назойливой мухой, отвлекающей от приятного ужина.