Книга Темный Лорд Устал. Книга IX, страница 9 – Тимофей Афаэль, Алексей Сказ

— Бюрократия… — тихо произнес он.

— Именно, мой дорогой Строганов! Бюрократия! — Юсупов победно поднял палец. — Мы торжественно подпишем все его Акты. А уже завтра утром создадим тридцать согласительных комиссий по передаче активов Короне. Мы будем неделями согласовывать инвентаризационные списки. Мы наймем сотни юристов, чтобы они проверяли каждую запятую в процедуре передачи военных производств. Мы будем саботировать этот процесс так вежливо, законно и преданно, что ни один имперский суд не докажет злого умысла!

Демидов медленно расплылся в хищной, понимающей улыбке.

— Передача контроля над финансовыми потоками занимает месяцы даже в мирное время. Мы просто утопим его чрезвычайные полномочия в бумагах.

— Вот именно, — кивнул Юсупов. — А когда пыль уляжется… Когда он как-то договорится с Эдемом, и оружие Воронова больше не будет стоять у наших ворот, чрезвычайное положение утратит свою актуальность. И мы, опираясь на те же самые законы, через наши карманные суды признаем его экстренные указы неконституционными. Кое-что ему, конечно, уступим. Дадим пару незначительных министерств, чтобы потешить самолюбие монарха и всё тихо вернется на круги своя.

В зале патриархи переглянулись. Страх перед внешним врагом отступил, уступив место привычной жажде наживы и власти.

Долгорукий, ушедший несколько минут назад, был прав в одном — они действительно были торгашами до мозга костей. И прямо сейчас они успешно продали Императору воздух в обмен на реальную физическую безопасность.

Шуйский, чья голограмма всё это время молча слушала старого графа, довольно хмыкнул.

— Раз уж Долгорукий решил играть в свои тайные игры и хлопнул дверью, мы разберемся сами. У нас появился новый отличный громоотвод, господа.

Главы великих кланов переглянулись. На их лицах расцветали расчетливые улыбки. Старый жук Юсупов тонуть явно не собирался, и они с удовольствием ухватились за брошенный им спасательный круг. Империя могла гореть, хваленые легионы могли сдаваться в плен, но их банковские счета и реальная власть должны были остаться неприкосновенными.

Кассиан

Солнце заливало полигон тёплым светом, и я шёл вдоль рядов трофейной техники, наслаждаясь этим простым удовольствием.

Танки «Медведь» стояли ровными шеренгами, как на параде. Сотни машин, выстроенных с военной точностью, с заглушёнными двигателями и опущенными стволами. Рядом с ними — самоходные орудия, зенитные комплексы, мобильные командные пункты. Всё, что осталось от ударной группировки Второго Легиона после того, как они решили сложить оружие.

Решение было правильным. Единственным правильным решением, которое они могли принять.

Над техникой кружили дроны Роя, маленькие чёрные силуэты на фоне голубого неба. Они следили за каждым движением, фиксировали разговоры пленных, готовые среагировать на любую попытку саботажа. Пленные имперские солдаты сидели в стороне, на открытой площадке, под присмотром Центурионов. Тысячи человек, которые ещё вчера шли сюда как завоеватели.

Теперь они были моими гостями. Временными, но всё же гостями.

Захаров шёл рядом со мной, и его лицо светилось от радости. Старый генерал, прошедший десятки кампаний, сейчас выглядел как ребёнок в магазине игрушек. Его глаза скользили по танкам, самоходкам, по грудам боеприпасов, и в этих глазах горел огонь профессионала, который видит перед собой инструменты для работы.