Книга Темный Лорд Устал. Книга X, страница 60 – Тимофей Афаэль, Алексей Сказ

— Шах и Мат, Господа! Пожалуй, этот Акт закончится весьма скоро…

Брусилов

Брусилов шёл по коридорам резиденции Воронова и думал о том, как странно сложилась его жизнь.

Пятьдесят лет службы Империи. Тридцать из них на командных должностях, десятки кампаний, подавленные мятежи, ордена и шрамы — один на руке от килсонских головорезов, другой на лице от осколка под Хостом. Генерал-полковник Брусилов, командующий Вторым легионом, гроза сепаратистов и надежда Генштаба. А теперь — главнокомандующий сельскохозяйственного фронта, который копает пруды для лосося и выращивает сою под руководством японского повара.

Он намеренно не переоделся перед аудиенцией. Рабочая куртка пропахла рыбным комбикормом и землёй, на ботинках налипла грязь с берега био-бассейнов, и эта грязь оставляла следы на идеальном белом полу резиденции. Молчаливый протест. Маленький бунт человека, которого заперли в золотой клетке и заставили притворяться тем, кем он не был.

Захаров шёл рядом, чуть позади, как и положено поручителю. Старый друг, однокашник по Академии Генштаба, с которым они когда-то брали перевал Хост и чуть не сдохли от обморожения. Брусилов до сих пор помнил, как ненавидел его поначалу — за то, что Платон перешёл на сторону Воронова, за новые протезы вместо потерянных конечностей. Он тогда думал, что Платон предал мундир. А потом Павел увидел Эдем изнутри и понял, что никакого предательства не было. Был выбор между гниющей системой и настоящей жизнью.

Империя разваливалась, и Брусилов видел это теперь яснее, чем кто-либо.

Он любил свою страну. Любил землю, людей, саму идею Империи как чего-то большего, чем сумма её частей. И именно поэтому он не мог больше сидеть на ферме и смотреть, как всё это рассыпается в прах.

Столица отрезана карантином. В регионах начался хаос — губернаторы сколачивают собственные армии из полицейских и нацгвардейцев, местные царьки делят склады и ставят блокпосты на дорогах, обкладывая данью всех, кто везёт грузы через их территорию. Феодализм в чистом виде, как в тёмные века до объединения. Ещё месяц-другой, и они начнут резать друг друга за куски этого гниющего пирога.

А Воронов сидит за своей Стеной и ждёт чего-то.

Брусилов не понимал логики этого человека и не пытался понять — это было выше его компетенции. Но он знал одно: если Эдем не заберёт эти территории сейчас, их заберут другие. Корпораты со своими марионеточными армиями, соседние государства, которые давно облизываются на имперские ресурсы, или просто бандиты, которые вырастут из местных царьков в настоящих полевых командиров.

Империи нужен сильный лидер и это точно не Долгорукий, который думает, что управляет страной, пока страна разваливается у него под ногами. И уж тем более не кланы с их вечными интригами и грызнёй за власть. Нужен кто-то, у кого хватит силы и воли собрать осколки воедино.

Воронов мог стать таким лидером. Или уже стал — просто ещё не объявил об этом публично.

Брусилов знал генералов в регионах. Служил с ними, пил с ними, хоронил товарищей. Они были такими же, как он — профессионалами, которые присягали Империи, а не конкретным политикам. Большинство из них уже поняли, что старая система мертва, и теперь выбирали между тем, чтобы: лечь под местных царьков, сбежать за границу, или ждать, пока всё само как-нибудь разрешится.