Книга Шеф с системой. Империя вкусов, страница 13 – Тимофей Афаэль

— Понятно, — кивнул я и сунул ему в руку монетку. — Спасибо за информацию.

Слуга радостно улыбнулся: — Спасибо, внучке леденец куплю. Если что, обращайтесь. Он поклонился и пошел дальше, а я остался сидеть, чувствуя, как в голове выстраивается план.

Матвей смотрел на меня с любопытством:

— Мастер, что вы задумали?

Я медленно отложил вилку и посмотрел в окно, где горели огни торгового квартала. Все эти сытые купцы, довольные своими монополиями, даже не подозревали, какая буря готовится разразиться над их спокойным миром.

— Матвей, — сказал я тихо, — я придумал как мы будем работать.

— Как? — с любопытством навострил уши он.

Я улыбнулся — той самой улыбкой, которая когда-то появлялась на моем лице перед самыми дерзкими экспериментами на кухне:

— Завтра утром мы пойдем смотреть один очень интересный дом. А пока — спать. Большие дела требуют ясной головы.

План созрел. Осталось довести его до ума.

Утром следующего дня я проснулся с ясной головой и четким планом действий, но прежде чем идти к ростовщику, нужно было собрать информацию. В торговом деле, как и в войне, разведка — половина успеха.

— Матвей, — сказал я, когда мы спускались завтракать, — сегодня мы идем в разведку, но сначала нужно кое-что приготовить.

— Что именно?

— Инструмент для развязывания языков.

В кухне гостиницы я договорился с поваром о покупке продуктов. За небольшую плату он позволил мне воспользоваться очагом. Следующий час я потратил на приготовление дюжины ароматных пирожков с мясом и луком — простое, но сытное угощение. Секрет был в правильном сочетании специй: чуть больше черного перца, щепотка тмина и совсем немного сушеного укропа. Аромат получился таким, что даже суровый повар гостиницы несколько раз восхищенно принюхивался.

— Зачем это? — спросил Матвей, когда мы направились к конюшне с еще теплыми пирожками в узелке.

— Увидишь. Помни — информация стоит дороже золота, хорошая еда — лучший способ расположить к себе человека. Особенно того, кто привык есть простую пищу.

— Но мы же можем просто заплатить за информацию, — недоумевал Матвей.

— Можем, но деньги создают деловые отношения, а еда — человеческие. Человеческие отношения надежнее.

Игнат, местный уборщик, подметал ступеньки и напевал себе под нос какую-то грустную песню. На нем была та же заштопанная рубаха, что и вчера.

Увидев нас, он приветливо кивнул:

— О, добрый день, господа! Как дела?

— Отлично, Игнат, — ответил я, протягивая ему узелок. — Вот, угощайтесь. Свежие, только из печи.

Глаза уборщика округлились от удивления:

— Ой, да что вы! А что за праздник? Не именины ли у вас?

— Никакого праздника. Просто хотел поблагодарить за вчерашний совет и вообще, за хорошую работу.

Игнат принял узелок с явным смущением:

— Да что вы, господин… Я ж ничего особенного не делал. Обычная работа.

— Для вас обычная, для меня — ценная.

Он развернул узелок, и по улице мгновенно разлился аромат свежих пирожков. Игнат глубоко вдохнул и блаженно улыбнулся:

— Господи милостивый, какой запах! Прямо в голове туман от такой вкуснятины!

Он осторожно взял один пирожок, словно боясь, что это сон, который может исчезнуть. Откусил небольшой кусочек, медленно прожевал, и по его лицу распространилос выражение чистого счастья.

— Матерь Божья… — прошептал он. — Да это же не еда, это чудо какое-то! Вы сами готовили, господин?