Книга Шеф с системой. Битва на Ярмарке, страница 25 – Тимофей Афаэль

Тот взял, понюхал. Усмехнулся:

— Чеснока не пожалел. — Откусил.

Жевал медленно, задумчиво. Лицо не изменилось. Сглотнул. Выдохнул.

— Соус дерет глотку, — сказал он спокойно. — Хорош.

Он доел Огненный Язык до конца, вытер рот тыльной стороной ладони. Кивнул Волку:

— Бери себе. Попробуй.

Я уже собрал второй. Передал Стёпке. Тот, уже увереннее, протянул Волку. Волк взял, откусил. Жевал молча. Кивнул коротко — одобрительно.

Угрюмый достал из кармана монеты, вложил Семке в руку:

— За двоих. Считай, первая выручка.

Я усмехнулся, не отрываясь от сковород:

— Спасибо за поддержку.

Угрюмый обошел Драконий Горн, оглядывая его со всех сторон. Присвистнул:

— Так это правда работает. Думал, ты блефуешь.

— Работает, — коротко ответил я, переворачивая лепешку.

Он постоял, глядя на огонь, на работу команды. Варя раскатывала тесто, не поднимая головы. Матвей резал овощи быстро, уверенно. Стёпка стоял с готовым Огненным Языком, ждал следующего «покупателя».

Угрюмый кивнул с одобрением:

— Слаженно работаете. Это хорошо.

Он подошел ближе ко мне, понизил голос:

— Александр. Нам нужно поговорить. Наедине.

Я снял сковороду с огня, кивнул Варе:

— Продолжайте без меня. Отработайте оставшиеся языки.

Мы с Угрюмым отошли к воротам. Волк остался у печи, молча наблюдая за работой детей.

Угрюмый повернулся ко мне, лицо стало серьезным:

— Слушай, Александр. Пока ты тут свои печки строишь, я тоже не сидел сложа руки.

Я кивнул:

— Слушаю.

— Гильдия думает, что Слободка — их задний двор? — Он сплюнул. — Ошибаются. Я начал чистить свою территорию. Нашел пару гнид, что слишком громко обсуждали твои «тухлые пирожки». Языки у них теперь заплетаются… если вообще есть чем говорить.

Он помолчал, глядя на меня тяжелым взглядом:

— Здесь, в Слободке, Гильдия больше рот не откроет. Это моя земля.

Я кивнул:

— Понял.

— Но, — продолжил Угрюмый, голос стал жестче, — это капля в море. Они бьют по тебе не здесь. Там, в городе. И кто-то им слил информацию о твоей колеснице и о продуктах. Я в этом уверен…

Он сделал паузу.

— Потому что нашел одну крысу в своих рядах.

Я насторожился:

— Кто?

Угрюмый покачал головой:

— Не твоя забота, Александр. Мои люди — моя головная боль. Главное — разобрался с ним. Больше утечек не будет. С этой стороны.

Он посмотрел на меня:

— Но не факт, что он один. Гильдия умеет покупать людей. Будь начеку.

Я кивнул медленно:

— Буду.

Угрюмый повернулся к Драконьему Горну, где дети продолжали работать. Варя раскатывала. Матвей резал. Я жарил. Стёпка подавал.

— Ты все же безумец, повар, — сказал он тихо. — Идти на ярмарку с репой и ржаной мукой против их гусей и пирогов… Не знаю, что ты задумал, но будь готов ко всему. Они ударили раз — ударят и снова.

Я посмотрел на него спокойно:

— Я знаю, но меня это не волнует. Я ударю так, что они не встанут. Готовься. Мне скоро понадобится твоя помощь.

Угрюмый смотрел на меня задумчиво. Потом усмехнулся со смесью скепсиса и уважения:

— Хорошо. — Он хлопнул меня по плечу. — Мои люди будут на ярмарке завтра. Присмотрят за тобой, ну и посмотрим, как ты будешь гореть, повар.

Он развернулся, кивнул Волку:

— Пошли.

Они вышли за ворота, растворились в темноте. Я вернулся к печи. Дети закончили последний Огненный Язык. Десять штук лежали на доске — дымящиеся, пахнущие.