Книга Шеф с системой. Крепость, страница 95 – Тимофей Афаэль

Мы с Матвеем быстро вышли из терема, прошли к кухне и толкнули обитую железом дверь.

Кухня встретила нас жаром печей. Поварята носились между столами, кто-то яростно рубил мясо, месили тесто. Работа кипела.

И вдруг всё замерло.

Первым меня увидел молодой парнишка у разделочной колоды. Он застыл с занесенным топориком и толкнул локтем соседа. Тот обернулся — и выронил миску. Тишина, нарушаемая только треском дров в печи, мгновенно расползлась по помещению.

Шеф-повар Федот, стоящий у главного очага, медленно обернулся. Половник выскользнул из его пальцев и со звоном грохнулся на каменный пол.

— Алексей… — выдохнул он побелевшими губами. — Ты ли это?

— Я, Федот. Кто ж ещё. Только зови меня Саша. Привык уже.

Старый повар сделал шаг, а потом просто бросился вперед и сгреб меня в охапку. От него пахло дымом и жареным луком — самыми родными запахами на свете.

— Вернулся! — бормотал он, хлопая меня по спине так, что вышибал дух. — Вернулся, чертяка! А мы уж думали — сгинул наш главный!

— Не дождетесь.

Я отстранился, огляделся и довольно присвистнул.

Кухню было не узнать. Над очагами висели огромные, начищенные до блеска медные котлы. Разделочные столы заменили на массивные дубовые плахи. В углах высились мешки с отборной белой мукой.

— Это что, князь так расщедрился? — улыбнулся я.

Федот гордо выпятил грудь.

— После твоего отъезда, батюшка Святозар указ дал: кухню уважать, как княжескую оружейную! Кто повару слово кривое скажет — на конюшню под кнут! Недавно один из новых дружинников сунулся, права качать начал… Так один десятник из ветеранов его лично плетьми вытянул перед строем! С тех пор — тишина и почет. И продукты только хорошие несут.

— Заслужили, — я кивнул.

— А это кто с тобой? — Федот прищурился, вглядываясь в стоящего позади меня парня. — Погоди-ка…

Матвей выступил вперед с расправленными плечами и прямым взглядом. На нём был дорогой кафтан, а на поясе ножи в кожаных ножнах.

— Матвейка⁈ — ахнул Федот. — Матерь Божья… Вымахал-то как! А я ведь думал, сгинул малец, когда ночью сбежал!

— Прости, дядька Федот, — Матвей виновато улыбнулся. — Если бы сказал, вы бы не пустили, а мне за учителем надо было.

Матвей снял с плеча сумку, подошел к столу и начал выкладывать свертки.

— Это вам. Подарки из Вольного города.

Федот дрожащими руками развернул промасленную бумагу. По кухне мгновенно поплыл дурманящий аромат. Черный перец горошком. Палочки корицы. Мускатный орех и драгоценная гвоздика. Здесь, на севере, эти заморские специи стоили дороже золота. У Соколовых они были в запасах, но не так чтобы много, да и я поизвел изрядно.

— Это ж… состояние целое, — прошептал Федот.

— Это инструмент, — поправил его Матвей голосом состоявшегося мастера. — Я покажу, как с ними работать. А вот тут, — он достал записи, — рецепты новые для вас. Брискет вас делать научу.

Поварята обступили стол, глядя на нас с интересом. Вернулся главный, да еще и ученика своего привез, который теперь сам как боярин выглядит.

Я не стал терять времени. Скинул дорогой кафтан, бросив его на лавку. Закатал рукава льняной рубахи, подошел к лохани и тщательно вымыл руки. Вытер их чистым полотенцем и вытащил из ножен свой шеф-нож.

— Федот, — я подошел к столу. — Что на вечерний пир ставите?

Старый повар удивленно заморгал.