Книга Пока еще зомби? Ну ничего!, страница 22 – Алексей Сказ

Внезапно шум на рынке стих. Все взгляды обратились к импровизированной трибуне, построенной из ящиков и обломков. На нее вышли несколько фигур — «главные шишки» лагеря. Их одежда была лучше, чем у остальных, на них были нашивки, указывающие на определенный статус. Их лица были полны самодовольства и уверенности. Среди них — их Лидер.

Он был высоким, широкоплечим мужчиной с суровым лицом и пронзительными глазами. Его одежда была почти новой, на нем виднелась легкая броня, украшенная символикой Общины Единства. В руках он держал какой-то странный, но мощный системный жезл. Его манера держаться — все кричало о власти и силе.

Лидер начал говорить. Его голос разнесся по всей площади. Он говорил о «единстве», о «новом обществе», которое они строят, о «борьбе с внешними и внутренними врагами», о «справедливости» и «порядке». Он обещал «светлое будущее» и «победу над хаосом». Его слова были обтекаемыми, но звучали весьма убедительно.

Мы с Никой внимательно слушали. Наши взгляды встретились. Это выступление словно тщательно поставленная речь, направленная на промывку мозгов. И слушая ее, остальные люди, на лицах которых еще недавно были видны следы гнета и страха, вдруг стали проясняться. Их глаза загорались фанатичным блеском, и они стали восхвалять своего предводителя, выкрикивая его имя и лозунги Общины Единства. Это была довольно резкая и странная реакция…

В этом лагере… точно что-то не то!

Речь Лидера Общины Единства достигла своего апогея. Его голос гремел над площадью, и толпа, еще недавно понурая, как стадо овец под дождем, теперь ревела в ответ. На изможденных, грязных лицах застыло выражение фанатичного экстаза, у некоторых по щекам катились слезы. Единство! Порядок! Сила! Эти слова, словно ритуальное песнопение, вбивались в сознание, вытесняя въевшийся страх и липкую безнадежность.

Да, картинка была впечатляющей. Дешевый, но на удивление эффективный сектантский гипноз в действии.

— А теперь, — Лидер воздел руки, и этот жест, отработанный до мелочей, заставил толпу мгновенно замолчать, — поприветствуйте тех, кто поведет вас в это светлое будущее! Наших героев! Командиров, чья стальная воля и отвага станут для вас путеводной звездой!

На импровизированную трибуну из ящиков и бетонных плит один за другим поднялись трое. Первый, высокий и до тошноты харизматичный, с гладко зачесанными назад волосами и белоснежной улыбкой, которую не портил даже длинный, тонкий шрам на щеке. Он окинул толпу теплым, отеческим взглядом профессионального манипулятора. Это был — «Оратор».

Второй был его полной противоположностью — настоящая гора мышц в залатанном бронежилете, «Бык». Его лицо с низким лбом и маленькими глазками не выражало ничего, кроме тупого самодовольствия. Он лениво поигрывал огромной двуручной секирой, лезвие которой тускло блестело системным металлом.

Третий же заставил меня по-настоящему насторожиться. Среднего роста, коренастый, с лицом, сплошь покрытым сеткой старых, белесых шрамов, и тяжелым, волчьим взглядом. От него веяло запахом застарелой крови, опытом и неприкрытой жестокостью. Этот, без сомнения, был самым опасным из троицы. Это был «Бульдог», я не отводил от него взгляда.

Именно он шагнул вперед, когда Лидер отошел в сторону, скрестив руки на груди. Его голос, в отличие от медоточивого баритона начальника, был грубым и резким, как скрежет металла по стеклу.