Книга Пока еще зомби? Ну ничего!, страница 88 – Алексей Сказ

— Макс, — ее голос стал твердым, в нем больше не было ни паники, ни детской обиды. — Я поняла. Но мой отец не отступит. Он все равно пошлет своих людей на штурм Церковников. Так что ты предлагаешь? Какой у нас план?

Я посмотрел на три фрагмента карты, которые теперь почти складывались в единое целое. Посмотрел на свою новую, странную, но без сомнения сильную команду. И принял решение.

— План простой, — усмехнулся я. — Мы не будем выбирать между тиранией и фанатизмом. Мы создадим третью силу. Нашу собственную.

Воздух в кабинете мэра был густым и неподвижным, пропитанным запахом дорогого табака и полированного дерева. Он был чистым, отфильтрованным, и этот стерильный комфорт после удушающей вони лагеря беженцев внизу казался почти кощунственным. Мы снова сидели в глубоких кожаных креслах, как почетные гости, как ценные союзники. Мэр, отец Канаты, сиял. Кажется, он был абсолютно уверен в себе.

— Надеюсь, вы хорошо отдохнули и оценили наши скромные возможности, — начал он, разливая по бокалам янтарную жидкость из графина. Его голос был мягким, обволакивающим, как теплый плед. — Я вижу, вы люди прагматичные и понимаете, что в этом новом мире выживает тот, кто умеет принимать сложные, но необходимые решения.

Он протянул нам бокалы. Я принял свой, но пить не стал. Все равно в этом не было смысла.

— Вы правы, господин мэр, — я с улыбкой кивнул, решив подыграть ему. — Ваша организация впечатляет. Построить такую структуру в столь короткий срок, в условиях хаоса — это заслуживает уважения.

Ника, уловив мою тактику, добавила свой штрих, ее нечеловеческие желтые глаза с интересом разглядывали холеное лицо мэра.

— И дисциплина… Поразительно, как вам удалось добиться такого… единства, — ее голос был мелодичным, но в нем, как всегда, звенела сталь. — Люди готовы на все ради общего блага.

Мэр расцвел. Он откинулся в кресле, его лицо выражало полное удовлетворение. Он видел в нас не просто сильных бойцов, а умных, циничных союзников, которые понимают и принимают его методы. Он был уверен, что мы говорим на одном языке.

— Я знал, что мы поймем друг друга! — он триумфально поднял свой бокал. — Вместе мы сотрем этих фанатиков в порошок! Представьте, какое будущее мы построим! Вы займете почетные места в совете нового города! Власть, ресурсы, безопасность — все будет у ваших ног! Итак, — он посмотрел на меня, ожидая услышать заветное «да», — я могу официально объявить о нашем союзе?

Я смотрел на него, моя улыбка стала еще шире и дружелюбнее. Я выдержал паузу, давая ему насладиться моментом своего триумфа. А затем, так же дружелюбно и спокойно, произнес одно слово:

— Нет.

Улыбка застыла на лице мэра. Бокал замер на полпути ко рту. В его глазах, еще секунду назад сияющих от предвкушения, отразилось искреннее, почти обиженное недоумение. Он явно не ожидал такого.

— Максим, вы, должно быть, неверно меня поняли, — он попытался сменить тактику, его голос снова стал мягким, убеждающим. — Я не тиран. Я — реалист. Каждое мое решение, даже самое жесткое, продиктовано одной целью — спасти как можно больше жизней. Вы просто не видите всей картины.

— Я видел достаточно, — отрезал я, и мой голос был холоден, как сталь. — Я видел ваших «реалистов» в деле. И видел голодных людей внизу. Спасибо, не интересует.