Книга Авалон. Апокалипсис. Книга 4, страница 121 – Алексей Сказ, Николай Скиба

Таурен опустил взгляд, его массивные плечи поникли.

— Была у меня надежда на то, что ещё есть время. Но когда этот Исполин свалил, то понял… — сказал он и в задумчивости посмотрел куда-то вдаль. В сторону автострады, с которой мы начали наш путь. — … Эта Миссия Провалена.

Я стоял на площади, окружённый обломками и телами, чувствуя, как сердце колотится в груди и не собирается успокаиваться.

Поджал губы, стараясь не показать, как мои руки дрожат от усталости. Чёртово семя! Чёртовые штрафы!

Кровь стекала по разорванному плечу, а каждый вдох отдавался болью в рёбрах после того мощного удара Исполина по щиту.

Мы были на пределе.

Все мы!

Из нашей группы остались жалкие крохи — горстка измотанных героев, чьи лица покрывала пыль, смешанная с кровью и потом. Не больше сотни.

Катя, несмотря на усталость, стояла так же ровно, как и я. Её глаза горели холодной решимостью, хотя я заметил, как мечется её взгляд после слов таурена о провале миссии.

Дэвид, которого только что вытащили из лап смерти, выглядел хуже всех. Его кожа, обожжённая багровым взрывом монолита, всё ещё была покрыта волдырями, хотя зверолюдка с кошачьими ушами исцелила самые тяжёлые раны. Он стоял, чуть покачиваясь, его лицо искажала гримаса боли, смешанной с яростью. Глаза, обычно полные высокомерия, теперь пылали злостью — то ли на демонов, то ли на самого себя. Он молчал, но его сжатые кулаки говорили громче слов.

Макс, рыжий, не выдержал. Его лицо покраснело от гнева, глаза засверкали, как у загнанного зверя. Он шагнул вперёд, к таурену, чья массивная фигура возвышалась над нами, как скала.

— Какого хрена значит «миссия провалена»⁈ — заорал Макс, его голос сорвался в рычание. — Мы убили этот чёртов побочный монолит! УБИЛИ! Мы дрались, как проклятые!!! Что на хрен значит провалена⁈

Таурен даже не повернулся к нему. Его рога слегка качнулись, а глаза, глубокие и спокойные, остались прикованными к горизонту.

Но Таргх не стал терпеть. Он шагнул к Максу и одним движением дал ему такой подзатыльник, что рыжий рухнул лицом в землю, подняв облако пыли.

— Молчи и слушай старших, — прорычал Таргх, его татуировки запылали.

Рыжий, кашляя, поднялся, его щека была испачкана землёй, а глаза горели несогласием, но он промолчал.

Я взглянул на Костю. Тот стоял, скрестив руки, и почему-то тоже смотрел на меня. Смотрел с лёгкой усмешкой на губах — ему явно понравилось то, что произошло.

Таурен медленно перевёл взгляд на Таргха, затем на Заринну, которую лекари всё ещё пытались привести в чувство. Её серебристые волосы, слипшиеся от крови, лежали на земле, а лицо было бледным, почти прозрачным.

Он снова посмотрел на Ксавира, который вдруг кивнул, выхватил клинок и сел рядом с эльфийкой.

— Прости, малышка, но для тебя так будет лучше.

Лезвие проткнуло её грудь, но Заринна даже не шелохнулась — словно пепельный генерал проткнул труп.

Я мысленно кивнул сам себе. Её только что избавили от страданий.

— Я двигался к вам так быстро, как мог, — сказал таурен, его голос был глубоким и тяжёлым, как камни, падающие в пропасть. — Но по пути пришлось зачистить двух Исполинов, которых вы бы непременно встретили.

Ксавир усмехнулся. Его глаза сверкнули холодной иронией.

— Мы ещё легко отделались, — сказал он хрипло.