Книга Авалон. Апокалипсис. Книга 4, страница 53 – Алексей Сказ, Николай Скиба

Я открыл глаза, щурясь от тусклого света, пробивавшегося через щели в заколоченных окнах. Потолок был старый, с облупившейся краской, местами покрытый чёрными пятнами плесени. Воздух в комнате пах сыростью, едким травяным настоем и слабым, но стойким запахом гари.

Я лежал на скрипучей кровати, матрас подо мной провисал, а рваное шерстяное одеяло, пахнущее пылью, едва согревало. Рядом, на шатком деревянном стуле, сидела Олеся, её пальцы нервно теребили край посоха, лежавшего у неё на коленях.

— Очнулся, наконец, — с облегчением сказала она, подняв взгляд. Она отложила посох, прислонив его к стене, и наклонилась ближе, проверяя мой лоб. Её прикосновение было мягким и тёплым.

— Быстрее, чем говорила Лиандра.

Я медленно сел и ощупал себя, пытаясь понять, насколько всё плохо. Что ж, пожалуй, в полном порядке, если не считать хаос в голове.

— Что… что происходит? — прохрипел я первое, что пришло в голову, оглядываясь.

Тесная комната, с облупившимися обоями в цветочек, местами оторванными, обнажавшими серые доски. Старый шкаф в углу был завален хламом, на стене потрескавшееся зеркало.

У двери, скрестив руки, стояла эльфийка Ауриэль, её серебристые волосы казались неуместно чистыми в этой грязи. Она-то здесь откуда?

В комнате собралась остальная команда: Катя, Лена, Юки и Димон. Катя скрестила руки, её кинжалы покачивались на поясе, а на скуле красовалась запёкшаяся кровь. Юки прислонился к стене, но спустя мгновение в комнату зашло несколько орков с топорами.

Димон, как всегда, решил пошутить:

— Ничего особенного, Жек, — хмыкнул он, шагнув ближе. — Лежим, ждём, пока ты перестанешь косить под мёртвого. Надо догонять Лиандру и остальных, а то они, небось, уже полгорода зачистили. Пойдём по следу трупов, хе-хе.

Лена подошла и присела возле меня, в глазах читалось беспокойство:

— Как ты себя чувствуешь?

— Нормально. Жрать хочу, — я попытался улыбнуться.

Юки шагнул ближе, в его руке появился уже знакомый японский «пельмень».

— Никуман? — улыбнулся он, а я кивнул и взял из рук Олеси бутылку воды.

— Да уж, Юки. А у тебя нет биполярочки какой, случаем? Предлагаешь то глотку перерезать, то еду, — хмыкнул Димон.

— Я был готов сделать что нужно, — нахмурился японец.

— Да не, не! — лучник вскинул руки. — Я понимаю. Просто то, с какой лёгкостью ты был готов… Это чуть жутковато. Я бы может и справился, мы же все друг другу обещали, но точно не так просто.

— Поэтому я и предложил. Чтобы ты этого не делал, — пожал плечами Юки, а Димон внезапно замер и захлопал глазами.

— Спасибо, — кивнул я азиату, мысленно усмехнувшись реакции везунчика. Похоже Юки ещё не раз его удивит.

Я лишь сейчас обратил внимание на лицо Димона.

— Подойди-ка, — махнул я рукой. Друг поморщился, но выполнил просьбу.

Шрамы Димона, оставшиеся после атаки отродья…

Зрелище не из приятных, особенно если разглядывать их вблизи. Они тянулись от уголков рта до ушей, симметрично рассекали обе щёки, напоминая ухмылку Джокера, но с какой-то дикой, необузданной жестокостью.

Когти твари оставили глубокие, рваные борозды, каждая шириной около сантиметра в самых широких местах.

Сами рубцы шрамов бледные, почти белёсые.

На левой щеке шрам чуть шире у рта, где коготь вошёл под углом, оставив небольшую вмятину, которая искажала уголок губ, придавая Димону постоянную лёгкую ухмылку, даже когда он серьёзен.