Книга Авалон. Последний Апокалипсис. Финал, страница 134 – Алексей Сказ, Николай Скиба

Геракл стоял на месте.

Руки скрещены на груди, призрачный лев дремал на плече. Первая волна демонов докатилась до него. На лице героя была написана откровенная, неприкрытая скука.

Он даже не принял боевую стойку.

Когда первый демон прыгнул на него, Геракл лениво отмахнулся — так отмахиваются от назойливой мухи. Кулак встретил тварь в полёте, и демон просто исчез. Превратился в облако чёрного пепла, которое развеял ветер.

Второй демон. Третий. Четвёртый.

Геракл бил их походя, не глядя, почти без усилий. Его движения были плавными, расслабленными — словно он разминался перед настоящим боем, который так и не наступит. Твари налетали на него волнами, и волны разбивались о скалу.

— Это даже не тренировка, — пробормотал Димон откуда-то слева. — Я даже не знаю, что это.

Арагорн действовал иначе. Следопыт отступил от монолита на несколько шагов, поднял рог к небу и…

ВУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУ!

Земля вокруг него вздыбилась.

Воины, павшие столетия назад восстали из пепла. Армия мёртвых, призванная королём без короны.

Но они не сражались.

Вместо этого мертвецы выстроились в цепь — от монолита к нашему кругу. Их костлявые руки сцепились, образуя живой… нет, мёртвый проводник. Багровая энергия, которая просачивалась сквозь барьер орков, теперь текла по этой цепи, уходила в землю, рассеивалась.

Давление на мои плечи ослабло. Не исчезло, но стало терпимее.

— Умно, — выдохнула Катя.

Арагорн коротко, почти незаметно кивнул в нашу сторону.

Бог обмана — Локи буквально парил над полем боя. Скрестил ноги, словно сидел в невидимом кресле. Его глаза сверкали весельем, а на губах играла улыбка.

Он развлекался.

Первая иллюзия появилась прямо перед строем демонов — огромный клоун с красным носом и безумной улыбкой. Тварь, которая неслась в атаку, врезалась в иллюзию и завизжала от ужаса. Клоун рассыпался конфетти, которое обожгло демона, как кислота.

— Что за… — выдохнул Юки.

Небо над монолитом взорвалось яркими, разноцветными и праздничными фейерверками. Словно кто-то устроил новогоднее шоу посреди апокалипсиса. Ослеплённые и дезориентированные демоны задирали головы. Некоторые врезались друг в друга, другие падали, третьи просто застывали на месте.

И смех. Локи громко смеялся. Этот смех эхом разносился над полем боя. Чистое, детское веселье.

— Серьёзно? — его голос звенел насмешкой. — Это лучшее, что у тебя есть, Моррайя? Горстка недокормленных псов и пара переростков?

Очередной клоун — на этот раз карликовый, с крошечной тележкой, полной пирожных. Он катился между демонами, швыряя в них кремовые торты. Торты взрывались кислотой, прожигая дыры в хитине и плоти.

Бонкрашер взревел и бросился на иллюзию. Прошёл сквозь неё, споткнулся и рухнул прямо под ноги Гераклу. Герой опустил кулак, и демон перестал существовать.

— Локи, — Геракл даже не повернул головы. — Хватит играть.

— Но мне скучно! — бог обмана театрально вздохнул. — Это же не битва. Это… это уборка мусора. Позволь мне хотя бы развлечься.

Новый фейерверк. Новый клоун — теперь на одноколёсном велосипеде, жонглирующий черепами демонов. Твари шарахались от него в стороны, сталкивались, визжали.

Я смотрел на это и понимал.

Моррайя проиграла.

Не сейчас, а куда раньше. Может, в тот момент, когда решила воевать с тремя другими богами одновременно. Может, когда недооценила Авалон. Может, когда активировала этот монолит в отчаянии, без должной подготовки. А может когда ей не удалось удержать Питер и Россию.