Книга Я еще скелет? Да сколько можно!, страница 61 – Алексей Сказ, Паркер Прах

— Лидер! Костяной! — он поспешно развернул на столе несколько листов бумаги. — Я раздобыл важную информацию.

Скрежет наклонился ниже.

— Говори.

— Все мелкие кланы, присягнувшие Гольдштейну, получают централизованные поставки оружия, — Хвост постукивал когтем по карте. — Один источник, одни и те же маршруты. Разведданные тоже приходят к ним из одного места… Вы уже понимаете, да⁈ — он едва не подпрыгнул от радости.

Стоило Скрежету выпрямился после часов в скрюченном состоянии над картами, его хитиновый панцирь старчески заскрипел.

— Значит, мы правы, Костяной, — медленно произнёс он. — Гольдштейн использует их как марионеточную армию, бросает в бой, чтобы обескровить нас, пока сам остаётся в тени.

«Он изучает нас, как мы изучаем его», — ответил я. — «И чем дольше это будет продолжаться, тем сложнее будет наше положение в долгосрочной перспективе».

Скрежет несколько секунд смотрел на меня, не решаясь продолжить мысль.

— Ты хочешь устроить финальный поход против Гольдштейна?

Я кивнул и, наконец, положил папку с документами на стол.

«Именно поэтому я принёс это. Всё было понятно ещё до всех этих атак».

— Что там, не томи?

«Компромат. Добыт в особняке Морга, главаря 'Ржавых Кинжалов»«, — я открыл папку, и перед Скрежетом развернулись страницы с именами, датами, суммами и преступлениями. — 'Здесь достаточно грязи, чтобы похоронить половину аристократов города. И все кто здесь записан, повязан с Гольдштейном».

— Как ты это делаешь, Костяной?

«Гольдштейн использует марионеток, чтобы атаковать нас, оставаясь в тени», — продолжил я. — «Мы сделаем то же самое. Только наши марионетки — это его собственные союзники. Мы заставим их сожрать его заживо».

Скрежет издал очень хриплый, но при этом удовлетворённый звук.

«Сила порождает силу, Скрежет», — добавил я максимально серьёзно. — «Если мы и дальше будем возиться с ним, отвечая на его удары, то он может стать только сильнее со временем. Не будем больше рисковать своими бойцами и вовлекать в наши разборки город. Петля вокруг шеи Гольдштейна уже почти завязана и совсем скоро её останется лишь затянуть».

Скрежет склонился ниже над документами. Все его многочисленные глаза сузились, и я увидел в них блеск хищника.

— Это грязно, — произнёс он, предвкушая. — Но мне нравится. Такая война в моём стиле.

Он выпрямился, его лапки застучали по полу набивая быстрый, решительный ритм.

— Начинаем немедленно? Выбирай первую цель, Костяной. Я обеспечу исполнение.

Я кивнул и развернул перед ним первый список имён для «визита в гости»

Я всё ещё был зол на Гольдштейна за атаку на мои шахты и помехи бизнесу. И теперь орк узнает, каково это — когда твой собственный мир в одночасье меняется, становясь непредсказуемым и враждебным.

«Барон фон Крюгер, — произнёс я вслух, постукивая костяным пальцем по одному из листов».

Многочисленные глаза сороконожки сфокусировались на фотографии жертвы так, словно тот увидел смертельного врага.

— Заказчик нелегальных органов, — прочитал он медленно. — Торговля детьми, связи с половиной городского совета. Впечатляющее досье.

«Впечатляющий ублюдок», — поправил я. — «Труслив, влиятелен, связан с Гольдштейном по рукам и ногам. Восхитительная первая цель, тем более что и у подполья есть к нему свои претензии».