Книга Я еще Скелет? Ну все, вы доигрались!, страница 138 – Алексей Сказ, Паркер Прах

Он указал пальцем мне прямо между глаз:

— Но ты⁈ Ты можешь просто взять свою бесформенную чистую ману и сжать её настолько сильно что она сама станет оружием массового поражения!

Пауза повисла над нами тяжёлым грузом возможностей.

«Хорошо тогда начнём практиковаться прямо сейчас».

Алдуин — действительно безумец. Так бы мы и колдовали вечность, но на полигон вполз Скрежет.

Он двигался тяжело и тащил с собой магический радиоприёмник.

— Костяной, — Скрежет остановился передо мной, и несколько его глаз уставились мне прямо в череп. — У нас проблема.

«Выкладывай», — я уже перебирал варианты. Новая волна монстров? Саботаж?

— У входа в главный штаб появились двое из «Безмолвных».

Тишина.

— Они напали⁈ — рявкнула она.

— Нет, — Скрежет покачал головой. — Они оставили… послание. И исчезли, прежде чем мои бойцы успели среагировать.

Он выдвинул вперёд одну из своих лап-лезвий и включил приёмник.

Щелчок… И тут же голос. Глубокий, властный и абсолютно самоуверенный.

— Внимание, говорит мэр Готорн.

— Внимание, говорит мэр Готорн. Это обращение транслируется на все частоты города. Слушайте внимательно.

Голос звучал не только из радио. Я слышал его эхо снаружи — через стены, через коллекторы. Магические усилители разносили речь мэра по всему городу, от Цитадели до самых дальних трущоб.

— С сегодняшнего дня в городе объявляется военное положение высшей степени. Все гражданские свободы приостанавливаются до окончания кризиса. Комендантский час продлевается до дальнейших указаний. Любые собрания запрещены. Нарушители будут арестованы или уничтожены на месте.

Лиандри цокнула.

— Кроме того, — голос Готорна стал холоднее, — я вынужден ускорить процесс правосудия в отношении государственной преступницы Элары, известной также как «Костяной Алхимик».

Воздух в комнате словно стал тяжелее.

— Изначально казнь была назначена через месяц. Однако события последних дней показали, что медлить нельзя. Преступница обладает связями с террористическими элементами, угрожающими стабильности города.

Лиандри побледнела. Её губы задрожали, но она не произнесла ни слова.

— Поэтому казнь состоится через три дня, на рассвете, на главной площади напротив мэрии. Это послужит назиданием всем, кто смеет противиться Порядку. Город должен видеть, что закон непреклонен, а справедливость — неотвратима.

Пауза.

— Пусть это станет уроком. Пусть враги Порядка знают: их время истекло.

Передача оборвалась. Сфера потускнела и замолчала. Наступившая тишина оказалась оглушительной.

— Это невозможно! — Лиандри металась по комнате, как загнанный зверь — Мы ничего не успеем! Ничего!!!

Она развернулась ко мне, и в её глазах плескался чистый ужас:

— Костяша, мы… мы не можем… Моя сестрёнка…

Её голос сорвался на отчаянный нервный плачь.

Фенрис бросилась к ней, обняла за плечи, но Лиандри не реагировала. Она просто качала головой, бормоча что-то невнятное.

Я смотрел на неё и понимал только то, что выбора нет. Нам нужно решение.

«Лиандри, мы найдём способ».

— Какой способ⁈ — она подняла на меня красные от слёз глаза. — У нас три дня! Три! Мы даже план штурма не успеем составить! Готорн знает это! Он специально сделал так, чтобы мы не успели!

Я молчал. Она была права. Готорн не дурак. Казнью Элары он мог планировать либо завести нас в ловушку, либо рассорить и уничтожить изнутри. Оба варианта, уверен, устроили бы его.