Книга Реплика, страница 105 – Николай Скиба

— Полковник Веденёв сейчас отправится в участок и подробно допросит задержанного. Составим фотороботы, объявим в розыск. Ты, кстати, уже распорядился все выезды из города перекрыть, я надеюсь?

Веденёв кивнул.

— Думаю можно сделать даже больше, - вставил рыжебородый.

— О чем ты?

— Когда Зрячий… То есть Алексей Куницын был на крыше, он зачитал мне имена. Все я не запомнил, но два точно знаю. Егорова Жанна Валерьевна и Милютин Константин Игоревич. Лет 20-25 на вид. Думаю, мы их легко опознаем и можно будет разместить в ориентировках их реальные фотографии.

— Вот, видишь Веденёв! Хорошие ребята, хорошие… Тогда ты с Веденёвым и поедешь. Давайте-давайте, дуйте! - генерал поторопил их характерным жестом рук. Полковник отдал честь и пошел к выходу. Прежде чем уйти Коля попросил держать его в курсе операции Макса.

— Теперь рассказывайте о чудовище и характере травм вашего напарника, - генерал устало вздохнул.

На этот раз слово взял Плут, решив, что Лере и так хватит. Она взглядом поблагодарила оперативника и тут же подскочила, потому что дверь операционной открылась.

— Ну что там, доктор? – в нетерпении спросила Лера. Утро вчерашнего дня, когда они с Максимом поцеловались, теперь казалось далеким и нереальным.

— Пока что ампутировали левую ногу, - ответил пожилой хирург.

— Доктор, по-моему, вы перепутали, - съехидничал Плут, - у Макса же травма на правой была, я точно помню.

— Молодой человек, - возмущенно сказал врач, - не делайте из меня идиота. У вашего напарника было жутчайшее заражение. Благодарите, что удалось сохранить всё выше колена. Я такое, конечно, вижу впервые. Протез из кэрилума… Страшно представить, что за случаи будут через год.

Лера ошарашенно села обратно на скамью. Теперь она почему-то чувствовала вину еще и перед Черепом, хотя разум пытался донести до неё абсурдность подобных переживаний. На секунду в голове промелькнул момент их поцелуя, но девушка еще тем утром поняла, что не будет с Максом. Вот только что чувствует сам Максим? Ударять его такой новостью сразу после ампутации будет бесчеловечно.

— Доктор, а что все же с правой ногой? – это спросил уже генерал.

— Разрыв ахиллова сухожилия. Перелом костей стопы. Вещи неприятные, но лечатся. Сухожилия еще проверим, но судя по первичному осмотру, обойдется двумя неделями в стационаре. Но, с учетом ампутации, может быть и три и месяц. Все зависит от наличия осложнений. Сейчас пациента переведут в отдельную палату. Товарищи, я пойду, ладно? Жутко устал.

Генерал молча кивнул хирургу и тот ушел.

— Ладно ребята. Давайте по домам. Завтра утром приедете, навестите друга. Главное будьте на связи.

Плут недовольно убрал телефон и спросил:

— А что же с этим Адамом? Оппозиционер семнадцатого уровня.

— Будем искать, Плут.

Когда Лера садилась в такси, она подумала, что генерал вел себя слишком приторно и сладко. Ей это не понравилось.

Беляев отправился домой спать, на ходу раздавая указания с телефона.

* * *

Даниил мельтешил по одиночной камере как заводной.

— Блин-блин-блин. Ну знал же, что так и будет… - его постепенно охватывала паника. Всего за сутки все опасения подтвердились. Вся их вылазка пошла крахом, а он единственный оказался задержан. Что ему теперь светит? Лет двадцать тюрьмы? Появилась дикая мысль воспользоваться ледяной сферой, но он, представляя сколько в участке представителей власти, досадливо отбросил её.