Книга Реплика, страница 43 – Николай Скиба

— Ну наконец-то, - пробурчала София, когда он открыл дверь, и юркнула в ванну. Парень не обратил на это внимания и зашел в гостиную.

Почившая бабушка оставила внуку неплохую, квадратов сто, трёшку, что позволило ему поселить в ней всех, кто был ему полезен. Пусть здесь висел ковер на стене и давно не было ремонта – на дела это никак не влияло.

Жало спал на матрасе, по-джентельменски уступив место на диване татуированной Жанне.

— Вставайте, голубки-и-и, - пропел Адам и рассмеялся, увидев, как Жанна подняла руку и выставила «фак». На нее он не злился. Она же не мужик. Вот если бы это сделал Жало, в быту Коновалов Серёга, то панк бы уже сломал средний, а заодно и соседние пальцы. Все об этом знали, он не скрывал, что девушкам что-то прощается, но панибратство и неуважение к его персоне со стороны любого из пацанов будет караться травмами.

Следом нужно было поднимать Лекса и дебильного гундосого Даню, они спали в бывшей бабушкиной комнате. Панк подошел к двери, постоял возле нее несколько секунд, словно вспомнив о чем-то, и постучал. Не услышав ответа, рассердился и с силой врезал по дереву ногой:

— Если вы, два утырка, сейчас не встанете, я зайду и нагну вас раком.

Он слукавил. В эту комнату заходить не хотелось, да и пацаны зашебуршались.

Через пятнадцать минут они уже шли в кафешку, которую как-то давно приметил Лекс. Просторная, с большими столами, она позволяла им разговаривать без лишних ушей. Да, глуповато было сохранять уровень конспирации высочайшего класса, и обсуждать потенциальные дела в заведении, но Адам просто не мог находиться в этой квартире дольше необходимого минимума. Сон – и всё. На то были причины, а остальным приходилось лишь мириться с этим.

Заказав завтрак на шестерых, панк осмотрел зал. Их любимый столик в отдалении пустовал, а посетителями были лишь какая-то случайная парочка, не из фениксов, и мужчина за пятьдесят, который вяло ковырялся вилкой в пасте.

Панк подошел к столу, с размаха уселся за свободный стул, впился в губы Софии (он почему-то думал, что это доказывает его доминантность перед группой) и сказал:

— Ну а теперь обсудим шаг номер два.

* * *

Даня саркастично смотрел на поцелуй и приметил, как София слегка поморщилась. Кажется, подобное поведение Адама ей понемногу надоедало. Он перевел взор на Жанну и, встретив её взгляд, смущенно уставился на пепельницу. Эта татуированная непонятными сюрреалистическими образами полноватая девушка вызывала у него искреннее волнение. Сердце слегка замирало, когда он чувствовал аромат её духов. Она была редким примером того, как легкая полнота лишь красит девушку. Её пухлые щечки и розовые губы, томные глубокие глаза с макияжем, подчеркивающим красоту, заставляли его мысли путаться, сбиваться с пути и направляться куда-то ниже живота. Он не раз неуклюже клал ногу на ногу, стараясь спрятать своего воодушевившегося друга. Казалось, Жанна догадывается о Даниных мыслях. Даже сейчас, смачно выпустив вверх сигаретный дым своими полными губками, она сказала:

— А почему мы не спрашиваем мнение нашего рудокопа? – и улыбнулась.

Адам на секунду осёкся, посмотрел на напрягшегося Серёгу, который явно был недоволен таким внимание к гопнику, а затем подыграл:

— И вправду. Скажи нам свое мнение, Дань. Что ты думаешь о моем плане?