Книга Егерь. Системный зверолов, страница 79 – Николай Скиба

Хотя… А что, если его побег не случаен? Что если он почувствовал что-то важное? Магические звери обладают гораздо более тонким восприятием, чем люди. Может, он учуял запах других питомцев в деревне? Или ощутил присутствие кого-то опасного? Всё-таки я еще не умел так тонко чувствовать своего зверя.

— Тогда пойдём, — Виола развернулась к дороге, её коса качнулась, как маятник. — Дедушка не терпит опозданий. А лекарь уже устал помогать больным, сказал, что с тобой тоже хочет закончить сегодня.

Я бросил последний взгляд в сторону леса и зашагал следом.

— Кстати, — не оборачиваясь, произнесла Виола, — лекарь очень опытный. Он сразу определит, если кто-то болен даже на уровне своей силы. Так что не надейся обмануть его.

Ответом ей послужило молчание, поэтому она обернулась и пристально посмотрела мне в глаза. В её взгляде читалось любопытство вперемешку с недоверием.

— Знаешь, Макс, — медленно проговорила она, — если лекарь подтвердит твоё здоровье, у деда возникнут очень неудобные вопросы. Откуда у чудом выжившего и здорового парня взялись способности Зверолова? Почему татуировки проявились сами собой, без обряда посвящения? И главное — не нарушал ли ты запретов, ха-ха.

В её словах прозвучала нескрываемая угроза. Но я только усмехнулся:

— Виола, а ты забыла нашу маленькую договорённость? Про то, что ты никому не расскажешь о моих… прогулках?

Её щёки чуть порозовели, но голос остался твёрдым:

— Я ничего не забыла, — она выразительно пожала плечами. — Это ты забыл, что мне всё равно на тебя, и если дед спросит…

Девушка многозначительно замолчала.

Понятно. Она пытается переложить ответственность, создать мне дополнительное давление.

— Тебе лучше держать язык за зубами, — посоветовал я миролюбиво. — А то твоему деду может не понравиться, что его любимая внучка совершенно не слушается своего старика.

Виола фыркнула, но больше ничего не сказала. Остаток пути мы прошли в молчании.

По мере приближения к деревне я чувствовал, как нарастает напряжение. Впереди меня ждала встреча, которая могла кардинально изменить моё положение.

Виола подмигнула мне с таким видом, будто оказывает мне невероятную честь. В её глазах играло что-то похожее на предвкушение зрелища.

— Идём, Макс, — сказала она, и в её голосе слышалась плохо скрываемая радость. — Дедушка так волнуется за твоё здоровье, что решил всё устроить по-особенному.

Я шагал рядом с Виолой, чувствуя, как под ногами скрипит утоптанная земля деревенской дороги. Кто-то из прохожих шарахался в сторону, завидев меня, другие останавливались и пристально смотрели вслед. Шепотки следовали за нами почти без остановки.

— Что Ефим сделал по-особенному? — переспросил я, хотя нехорошее предчувствие уже ползло по спине.

— Увидишь, — загадочно улыбнулась Виола. — Дедушка всегда говорит: если человек утверждает что-то, то почему бы не доказать это всем? Так справедливо, правда?

Справедливо… Я стиснул зубы. Всем? Публично что ли? К этому всё идёт?

Мы свернули на центральную улицу, и передо мной открылась картина, от которой засосало под ложечкой.

Центральная площадь была забита людьми. Казалось, будто собралась вся деревня. Женщины в платках сгрудились с одной стороны, перешёптываясь и бросая в мою сторону настороженные взгляды. Мужчины стояли поодаль, скрестив руки на груди, их лица выражали смесь любопытства и подозрения. Дети выглядывали из-за материнских юбок, широко раскрыв глаза.