Книга Егерь. Охота, страница 30 – Николай Скиба

— Где ваша хвалёная компетентность⁈ — Радонеж резко развернулся к Морану, который поднял голову, сощурив единственный глаз. — Где твоя тень, которой ты так гордился? Где способности, за которые Тадиус взял тебя в «Семёрку»⁈

— Радонеж… — предостерегающе произнесла Мирана, но друид Ветра не слушал.

— НЕТ! — рявкнул он. — Я устал молчать! Мы ведём войну за господство, а эти двое проиграли каким-то мальчишкам и отшельнику!

Радонеж вдруг рванулся к стоящему у стены молодому Мастеру с бледным лицом. Парень, может быть, лет двадцати, с редкой бородкой и нервно дёргающимися руками. Друид Ветра схватил его за плечо железной хваткой, и тот вздрогнул от неожиданности. В его глазах мелькнул страх, но он не посмел сопротивляться — дисциплина была превыше всего.

— Смотрите! — прорычал Радонеж, его голос эхом отозвался от каменных стен. Он достал из-за пояса тонкий кинжал с изогнутым лезвием. Сталь мерцала в красноватом свете рун, отбрасывая кровавые блики на стены пещеры. — Убить человека — это сложно?

Молодой Мастер открыл рот, пытаясь что-то сказать, может быть, взмолиться о пощаде, но Радонеж не дал ему и секунды.

Клинок вошёл между рёбер с мягким хлюпающим звуком, словно проткнул спелый плод. Лезвие скользнуло между костями, находя сердце. Молодой последователь даже не успел закричать — только широко раскрыл глаза, в которых промелькнуло недоумение, потом боль, потом пустота. Его колени подогнулись, и он медленно осел на каменный пол, оставляя на груди Радонежа багровое пятно.

Кровь хлынула из раны тёплой струёй, окрашивая серый камень в тёмно-алый цвет. Запах крови мгновенно заполнил воздух пещеры.

— ВОТ! — заорал Радонеж, стоя над телом с окровавленным кинжалом в руке. Капли крови стекали с лезвия, каждая падала на камень с едва слышным звуком. Его лицо исказила гримаса торжествующего безумия. — СМОТРИТЕ! ЭТО ТАК СЛОЖНО⁈

Пещера погрузилась в мёртвую тишину. Все застыли, словно превратились в каменные изваяния.

Мирана прижала ладонь к губам. Лицо друида Земли побледнело до цвета мела.

Моран пошатнулся, его обычно невозмутимое лицо исказилось отвращением. Друид Тени повидал немало смертей, но такая бессмысленная жестокость переходила границы.

Даже Тадиус, всегда невозмутимый и хладнокровный, впервые за много лет выглядел… озадаченным. Его брови слегка сдвинулись, а взгляд стал более острым, изучающим. Словно он пытался понять, сошёл ли Радонеж окончательно с ума или это был лишь приступ ярости.

Остальные последователи съёжились у стен, прижимаясь друг к другу. В их глазах читался животный страх — они понимали, что друид Ветра в таком состоянии может выбрать любого из них в качестве следующей жертвы.

Запах крови становился всё сильнее, смешиваясь с потом страха.

Радонеж медленно повернулся к Морану, кинжал всё ещё дрожал в его руке. Лицо друида Ветра исказилось гримасой безумия — глаза слишком широко раскрыты, рот растянут в уродливой улыбке, на подбородке блестят капли слюны.

— Какого чёрта ты проиграл⁈ — прошипел он, и новые капли крови с кинжала упали на каменный пол, добавляя багровых пятен к уже растущей луже. — Что случилось⁈ Как можно было допустить такой провал⁈

Моран поднял свой единственный глаз, в котором вместо обычной ледяной злобы читалась усталость и боль. Он не ответил — просто смотрел на обезумевшего товарища с чем-то похожим на жалость.