Книга Егерь. Турнир, страница 87 – Николай Скиба

Подставился под укус! Сейчас волк разорвёт ему запястье!

Хищник дёрнул головой, пытаясь достать зубами до руки. Клыки щёлкнули в паре сантиметров от пальцев. Двуногий вовремя отдёрнул ладонь и сделал шаг назад.

— Чёрт, — проговорил он негромко, доставая нож. — Слишком агрессивный.

Лезвие опустилось точно в основание черепа волка. Быстро, без тени сожаления. Хищник дёрнулся и затих.

Двуногий выпрямился, вытер нож о снег и убрал в ножны. Потом поднял голову и посмотрел прямо на Старика.

Их глаза встретились.

— Что, дикошарый, идёшь за нами? Иди-иди, дедуля, питайся. Я подожду. Ты всё делаешь как надо, — двуногий медленно кивнул.

Потом повернулся и исчез в пещере.

Старик постоял ещё немного, размышляя над увиденным. Странные эти двуногие. Но толковые. Завтра стая снова пойдёт охотиться. Снова будут убивать зверей. А он снова будет кормиться.

Хорошая была сделка.

Утром Старик проснулся от запаха жареного мяса. Аромат дрейфовал по лесу, заставляя слюну течь рекой.

Он медленно выполз из зарослей и увидел знакомую картину — у потухшего костра лежал кусок жареной оленины. Ему снова оставили еду. Мясо было пропитано той же горечью.

Старик сожрал подарок за несколько секунд. Лекарство растеклось по телу тёплой волной, выжигая остатки яда из крови. Боль в боку полностью исчезла. Рана на шкуре стянулась в тонкие шрамы.

Но возвращаться на свою территорию всё ещё означало обречь себя на голодную смерть.

Он шёл за ними три дня. Стая методично шла вперёд, убивая всё, что нападало на них.

А Старик пировал. Каждый вечер он обходил места сражений и собирал богатый урожай. Свежее мясо, жирные кости, питательные органы — всё это доставалось ему без усилий.

На четвёртый день стая остановилась у узкой расщелины в скалах. Двуногие долго совещались, показывали куда-то рукой, что-то обсуждали. Потом главный — тот, с ножом — подошёл к краю расщелины.

Старик крался ближе, прячась за валунами. Ему было любопытно, что привлекло внимание стаи.

Человек достал из сумки несколько кусков мяса. Потом ещё. И ещё. Он вываливал целую гору провизии прямо в расщелину — жирные рёбра, окорока, всевозможно мясо.

У Старика защипало в носу от ароматов. Столько еды!

Двуногий закончил и выпрямился. Обвёл взглядом лес — и остановил его на валуне, за которым прятался Старик.

— Знаю, что ты здесь, — сказал он негромко. — Еда для тебя. Охраняй это место. Скоро вернёмся. Попривыкнешь, дружок. А потом мы поговорим.

И стая ушла. Их голоса затихли между деревьями, запахи развеялись ветром.

А Старик смотрел на расщелину.

Инстинкт запасливости взорвался в его сознании. Нужно охранять! Прятать! Защищать от конкурентов!

Он спустился к расщелине и принюхался. Мясо было настоящим! Чистым! Жирное и ароматное!

Старик схватил один из окороков зубами и потащил вглубь расщелины. Потом вернулся за рёбрами. Он работал методично, перетаскивая каждый кусок в самый дальний угол, где его не достанут ни дождь, ни снег, ни чужие лапы.

К вечеру вся еда была спрятана. Старик сел у входа в расщелину и зарычал на воображаемых воришек.

Это была его кладовая, и он будет охранять её до последнего дыхания.

А когда двуногие вернутся — возможно, принесут ещё еды. Хорошие были двуногие. Понимали, как устроен мир.

Старик улёгся поперёк входа в расщелину, положил морду на лапы и прикрыл глаза. Но ухо держал настороже. Если кто-то попытается подобраться к его сокровищам — узнает, что значит связываться с росомахой.