Книга Егерь. Турнир, страница 93 – Николай Скиба

За спиной почти не слышно дышали Мика и Барут, стараясь стать невидимками.

Я не остановился. Не стал приседать или показывать «мирные намерения». С такими зверями это не работает. Поэтому выпрямился, расправляя плечи. Мои татуировки обдало жаром.

Это не агрессия, нет. Скорее тяжёлое, давящее присутствие.

«Я принёс еду. Я здесь главный. Сидеть».

Зверь замер. Он чувствовал силу и помнил запах мяса. Этот диссонанс — желание убить и инстинкт «не кусай кормильца» — заставил его замешкаться на долю секунды.

Этого хватило.

Я шагнул вплотную, навис над ним, перекрывая солнце, и жёстко, уверенно опустил ладонь на широкую, каменную холку.

Это был жест абсолютной наглости вожака! Потому что с ним иначе просто нельзя.

— Тихо, дед, — прорычал я, вливая мощь в нашу связь. — Прими силу. Стань моим.

Шерсть под моей рукой была жесткой, как проволока.

Зверь оскалился, готовый взорваться, но сила Зверолова уже хлынула в его нити связи и ту сделку, от которой невозможно отказаться. Сытость. Мощь. Эволюция.

Вожак и верность.

Его зрачки сузились. Казалось, победа у меня в кармане.

И вдруг его ноздри дрогнули.

Он втянул воздух, находясь в сантиметрах от моего корпуса. Вместо покорности в его бездонных глазах вспыхнул первобытный, панический ужас.

Он почуял Зверомора.

Проклятье!

Трупный холод той тьмы, что жила в моём ядре после слияния с осколком. Для дикого зверя, живущего инстинктами жизни, этот запах был страшнее любого хищника.

— ГХР-РАУУ! — взвизгнул Старик не своим голосом.

Резкий удар мускулистого тела отбросил мою руку. Старик отпрыгнул назад, врезался в скалу, и в панике ударил лапами по земле.

Он атаковал!

Снег под моими ногами мгновенно превратился в жидкую грязь. Ноги провалились по щиколотки в холодную трясину, которая тут же схватилась стальными тисками. Я дернулся, пытаясь выдернуть сапоги, но земля держала намертво.

В тот же миг воздух над головой сгустился в невидимую каменную плиту.

Гравитационный удар обрушился на меня с силой обвала.

ВОТ ЭТО СИЛИЩА!

Колени подкосились. Позвоночник треснул под нагрузкой, словно пересохшая ветка. Кровь ударила в глаза. Через секунду эта тварь расплющит меня в лепешку.

Но секунды у неё не было.

Моё ядро взорвалось энергией.

Афина материализовалась над моей головой с рёвом ярости, принимая весь вес невидимого пресса на свою гигантскую спину. Её лапы глубоко вгрызлись в каменистую почву, мышцы под шкурой вздулись буграми, но она выдержала.

Режиссёр появился слева — ураганный вихрь подхватил моё тело, выталкивая из земляной ловушки. Сапоги выскочили из трясины с мокрым чавканьем.

Красавчик спрыгнул с плеча ошалевшего Мики и призвал две иллюзии, которые помчались к росомахе с разных сторон, сбивая её прицел.

Я рухнул на четвереньки, кашляя кровью. Рёбра скрипели, но держались. Тело D-ранга оказалось крепче, чем я думал. Ещё пару секунд под тем прессом — и превратился бы в мясную кашу.

Старик смотрел на мою стаю с яростью загнанного воина.

За спиной послышался глухой удар — Барут сбил с ног Мику, прижимая к земле.

Каменные осколки взлетели в воздух от столкновения стихий. Один острый кусок гранита полоснул росомаху, оставив кровавую борозду на чёрной шкуре.

Зверь взвыл от боли и ярости. Он сжался в комок мышц и исчез между валунами, используя каждую трещину в скалах для укрытия. Даже раненый, он двигался как тень.