Книга Егерь. Черная Луна. Часть 1, страница 117 – Николай Скиба

Четыре цикла заняли около часа. К концу у нас было четыре полных таза желтоватого раствора селитры — достаточно для наших целей.

— Теперь следующий этап, давай, друг мой, — я подозвал Карца. — Нужно выпарить воду и получить сухие кристаллы.

Огненный лис подошёл к первому тазу и обнюхал его содержимое. Его рыжая шерсть засветилась мягким оранжевым сиянием.

— Аккуратно, — предупредил я. — Помнишь, как ты держал температуру, когда Мика оперировал Афину? Нужен такой же контроль. Вода должна испаряться медленно, равномерно. Если перегреешь — кристаллы испортятся.

Карц фыркнул с видом оскорблённого профессионала и начал раздувать плямя. Огненная стихия окутала посудину.

Вода в тазу начала парить.

Сначала с поверхности поднимались лёгкие струйки, потом пар стал гуще, и в воздухе повис характерный острый запах, но уже не такой отвратительный, как сырое гуано.

Ника наблюдала за процессом, широко раскрыв глаза.

— Это как варить зелье, — сказала она тихо. — Только наоборот.

— Вроде того, — согласился я. — Только мы не добавляем ингредиенты, а убираем лишнее.

Карц работал над первым тазом около двадцати минут. Когда вода полностью испарилась, на дне остался неровный слой кристаллов, похожий на корку соли после высыхания морской воды.

Я соскрёб кристаллы ножом и ссыпал в отдельную миску. Неочищенная калиевая селитра — не идеально чистая, но вполне рабочая для наших целей.

— Это и есть селитра? — Барут взял щепотку и растёр между пальцами. — Выглядит как обычная соль.

— На вкус она горько-солёная, — предупредил я. — Не советую проверять.

Торговец благоразумно высыпал щепотку обратно в миску и отступил на шаг.

Карц перешёл к следующему тазу, потом к третьему и четвёртому. К тому времени, когда он закончил, на поляну опустились густые сумерки, и единственным источником света оставался костёр и мягкое сияние огненного лиса.

Перед нами стояли четыре миски, наполненные белым кристаллическим порошком. Я прикинул объём на глаз — более чем достаточно, даже с запасом на ошибки и эксперименты.

— Готово, — я выпрямился, разминая затёкшую спину. — Селитра у нас есть.

— Ты говорил про уголь? — спросила Лана.

— Углём займёмся завтра. — Я посмотрел на Карца, который выглядел утомлённым после многочасовой работы. — Сегодня все заслужили отдых. Особенно этот рыжий трудяга.

Карц приподнял голову и самодовольно фыркнул, принимая похвалу как должное.

Ника вернулась к своему котелку и начала разливать ужин — простую похлёбку из сушёного мяса и кореньев. Команда расселась вокруг костра. Мы устали, пропахли гуано, но были довольны проделанной работой.

Два ингредиента из трёх были готовы.

Костёр догорал, превращаясь в груду тлеющих углей, и его мягкое оранжевое сияние едва освещало поляну. Остальные давно уснули — Стёпа похрапывал у корней старого дуба, завернувшись в плащ, Мика и Ника устроились рядом, прижавшись друг к другу для тепла, а Барут лежал чуть поодаль, положив руку на рукоять ножа даже во сне.

Мы с Ланой сидели у костра, негласно взяв на себя первую стражу.

Ночной лес жил своей тихой жизнью — где-то ухала сова, в подлеске шуршали мелкие зверьки, и ветер изредка шелестел в голых ветвях над нашими головами. Афина лежала на границе света и тьмы, её полуприкрытые глаза время от времени вспыхивали отражённым светом углей. Старик дремал неподалёку, свернувшись в клубок и выглядя почти мирно, если не знать, какая сила скрывается под этой бурой шкурой.